Нокаут чемпиону

 

 (художник - Елена Проценко)

 

Страница книги на Ridero: https://ridero.ru/books/nokaut_chempionu/

 Нижеприведенный текст является литературным произведением. Все совпадения имен, фамилий, ников и названий, так же, как и описываемых персонажей и событий с реальными являются случайными.

 

 

Раунд первый.

 

Ленка стояла у окна, прислонившись лбом к стеклу.

Последнее время она часто стояла вот так подолгу, ни о чем не думая и не зная, что чувствует. Там, внизу, гуляли с колясками молодые мамы, школьники галдели на спортивной площадке, уверенно хлопали дверцами машин автовладельцы. Ленка слушала детский плач, скрип тормозов, шаги на тротуаре. И думала о том, что всё это и есть тот самый реальный миг убегающей жизни, который требуется ловить — надо  только оторвать лоб от запотевшего стекла, ощутить себя в этом миге. И медлила, чувствуя, что никогда уже, наверное, не сможет пошевелиться и сделать хоть что-нибудь.

Если мама окликала её, Ленка вздрагивала, надевала привычную маску и шла делать то самое «что-нибудь» — ставить чайник или мыть голову.

Иногда какие-то события или разговор давали надежду на перемену — разве может вся жизнь продолжаться именно так? Но в глубине души Ленка знала: не только может, но и будет. И тогда, спасаясь от этого знания, погружалась в утешительные мечты. Воображение рисовало ей умного, благородного мужчину с глубоким внутренним миром, совсем не похожего на большинство знакомых, а главное — способного полюбить именно её, Ленку, полюбить и вознести на пьедестал, защищая от несправедливости и недоброго слова.

Конечно, она понимала, что подобные развлечения смешны и глупы. Одна её бывшая одноклассница уже вышла замуж, а другую недавно бросил парень, о чём Ленка который вечер выслушивала длинные монологи по телефону. Но ни одной любовной истории со своим участием, кроме самой же придуманных, девушка рассказать не могла — так уж сложилось. Зато могла поведать множество тех, которыми снабжали её подруги. Ни одна из этих историй, правда, не походила на те замечательные, Ленкины, но зато были совершенно реальными, а это всё-таки неоспоримое преимущество.

Привычную тоску усиливала мама, энергично, словно других шансов уже не осталось, пытаясь познакомить дочь то с инфантильным племянником своей сотрудницы, то с занудливым и непривлекательным зубным техником из клиники, где работала тетка, а то с подслеповатым и несуразным студентом биофака, разговорившимся с мамой на выставке в ЦДХ.

Вот кто умел знакомиться и разговаривать со всеми, так это мама. Ленка же заранее ненавидела всех этих племянников и наотрез отказывалась с кем-то из них встречаться. Мать тогда тяжело вздыхала и высказывалась насчет характера дочери в таком духе, что хотелось закрыться в своей комнате и никогда больше не выходить. Неужели мама не понимает, что унижает Ленку, считая, что та не сможет обойтись без её протекции? А эти постоянные рассказы о себе в молодости — красивой, общительной, укладывающей в штабеля бесконечных поклонников? Непонятно, как у таких родителей появляются такие дети? Или мамины советы: просто быть повеселее и более открытой, и тогда, может быть, не смотря на…

Ещё у мамы была привычка стесняться Ленки. Когда кто-нибудь приходил в дом — все равно, кто, мама сразу начинала поправлять на ней блузку или хватала расческу: «Причесалась бы… что ты такая лохматая? Вы знаете, ей так идет, когда она забирает наверх волосы... Одень что-нибудь другое!» Видимо, мама пыталась привлечь внимание к чепухе, чтобы никто не заметил главного. Но в этот момент девушке казалось, что вся вселенная, а не только этот злосчастный гость, рассматривают её сквозь увеличительное стекло.

 Обычно Ленка хамила в ответ при людях, вырывалась из заботливых маминых рук и старалась побыстрее сбежать. Кстати, насчет этой самой любимой маминой прически… Одна из преподавательниц в институте, с которой у девушки сложились доверительные отношения, сказала ей как-то: «Постриглась бы ты помоднее, что ли! А то словно из другого века».

Но Ленка и сама боялась стричься — так ей очень идет, говорила мама, а если пострижешься — то что это будет? И действительно, зеркало показывало ей премиленькое личико: забранные наверх волосы открывали высокий лоб и длинную шею. Собственно, девушка находила себя достаточно привлекательной, ей даже чудилось, что некоторые ребята в институте или мужчины, сидящие напротив в метро, поглядывают на неё с интересом. Один раз она сидела в сквере на лавочке, поджидая подругу, и вдруг совершенно незнакомый парень, проходя мимо, наклонился и произнес: «Вы знаете, у вас очень выразительные глаза». Сказал и ушел. Но никогда и никто не обращался к Ленке с целью знакомства. Все проходили, как мимо этюда в галерее. Наверное, и понравиться она могла бы, если б находилась в такой же неподвижности где-нибудь на выставке…

— Ну, ты где? Собралась?

Девушка отпрянула от стекла.

— Да, иду!

Сказка про Красную Шапочку: надо отвезти продукты бабуле — наполнить холодильник. Наполняй не наполняй… Ленка прекрасно знала, что увидит: экономная бабушка, жертва голодных лет, запихивала свежие продукты в глубину холодильника, поедая испорченные помидоры и просроченный творог. Свежие быстро станут несвежими, тогда она возьмётся за них, но не раньше.  Однако, надо ехать. Интересно, встретится ли по дороге волк?

В вагоне девушке удалось занять место, и она успела сочинить романтичную историю про случайную встречу в метро. Сюжет так увлек Ленку, что она чуть не проехала нужную станцию. А вот в автобусе в очередной раз испортили настроение. Впрочем, не привыкать — отчего же каждый раз так больно, словно впервые?

Потом пришлось выдержать привычную битву — бабуля пыталась запихнуть продукты обратно в сумку: «Ничего не надо, зачем столько привезла, ну возьми хотя бы деньги…» Одержав нелёгкую победу, следующие полчаса Ленка терпеливо выслушивала совсем иную сказку, сочинённую бабушкой —  про соседа, укравшего у неё веник. Столкнулась с этим самым соседом, разгуливающим в одних трусах по квартире, прикончила трех жирных тараканов на кухне и нечаянно разбила тарелку. Пропустила мимо ушей бабулины причитания по этому поводу, попробовала было выбросить осколки, но в результате сдалась — тарелка обязательно будет склеена клеем «Момент». Погладила плюшевого тигрёнка с симпатичными зелёными глазками, сидящего на идеально ровно застеленном диване столько лет, сколько Ленка себя помнила. И покинула коммуналку с полным сознанием выполненного долга, в тайне мечтая «досмотреть» свою любовную историю на обратном пути. И это способствовало хорошему настроению.

А не способствовало то, что до метро предстояло идти целых пятнадцать минут. Автобусы здесь, несмотря на длинный список маршрутов на жёлтой табличке, почти не ходили. Или ходили только тогда, когда Ленка не видела; в ту сторону сегодня, можно сказать, повезло. Обычно она шла пешком, но сегодня сдуру одела новые босоножки (очень модные — соседка принесла, её дочке малы). Мама уговаривала не брать на каблуке — пусть и небольшом, но Ленке так хотелось выглядеть посимпатичнее, что она готова была терпеть.

Итак, правильнее было бы всё-таки подождать транспорта. Однако девушка вспомнила недавний случай в автобусе и решила идти, а зря. Стоило ли прибавлять себе проблем? И без того многострадальные ноги она умудрялась натереть даже самыми мягкими тапочками, а сейчас на косточке появились настоящие волдыри, готовые лопнуть в любой момент. Тогда Ленка спустила у босоножек перепонку и попробовала идти в них, как в шлёпках. Но злосчастный кусок кожзаменителя натирал теперь уже пятку. Не выдержав боли, девушка присела на низкую металлическую оградку у тротуара и скинула обувь.

 Через секунду рядом затормозил автомобиль — большой и чёрный. Из него вышли двое мужчин, один из которых казался просто громадным, и — о, ужас! — направились прямо к Ленке. Она знала: если около тебя останавливается машина, надо сразу бежать в противоположную от движения сторону. Но босоножки стояли рядом, а бежать босиком она постеснялась.

— Ну? Вот эта тебе подойдет? — послышался насмешливый голос.

Кажется, волка сегодня она всё-таки встретила, и не одного. Однако в ситуации было что-то неправильное — никто не хватал и не затаскивал жертву в автомобиль. Двое стояли и рассматривали её с высоты своего роста, и правда, как картину на выставке, словно прикидывая, украсит ли она интерьер у них дома. Один, скуластый, пониже, выглядел злым и недовольным: картина ему не нравилась. Другой, огромный парень с широким лицом и полными губами, насмехался над своим приятелем: мол, долго думаешь, бери что есть.

Ленка не любила абсурда. Она сунула ноги в босоножки, не стала их застёгивать и вскочила с оградки, собираясь покинуть «выставочный зал». Но тот, который выглядел рассерженным, вдруг быстро произнес:

— Подождите, девушка, не бойтесь. Скажите, у вас есть высшее образование?

 

***

 Стоящая перед ним девчонка выглядела совсем растерянной. Но Мелихов и сам удивился, услышав собственный голос. Ещё несколько минут назад он раздраженно переругивался с Белозерцевым, откинувшись на спинку сидения джипа.

— Отвяжись от меня, Серый. Я тебе четко сказал, кто мне нужен. А ты мне чего подсовываешь?

— Гоша, я тебе целый кастинг устроил. Не понимаю — какого рожна тебе надо? Та рыженькая вообще супер была.

— Вот именно — кастинг… Я говорю — ты идиот! На кой хрен мне твои секретутки? Или модели. Не знаю, по какому принципу ты их подбирал, но на каждой написано: «Даю через час».

— А чё, Гош, разве это плохо? Не отходя, так сказать, от кассы…

— Тебе негр тот, видать, не только рубильник сломал, но и мозги вышиб, — брезгливо отвернулся Игорь.

— Ну, знаешь! Если я… если ты… — разозлился Серый. — Хорош мне уже этим негром…

— Ладно, ладно, не заводись, — примирительно начал Мелихов. — Зарули куда-нибудь, жрать охота.

— Ну да, мы чемпионы, а все  остальные…

— Хорош, говорю! — прикрикнул Игорь. — Я тебе что объяснял? Во-первых, мне не нужна секретарша — врубись, наконец! Мне нужен администратор, человек с головой, умный, исполнительный. Но женского пола. Чтобы была как хозяйка дома, когда приёмы устраиваем, приглашала, рассаживала там… И соображала при этом! Может, и с контрактами помогла — хотя бы на уровне сбегать, отксерить. Переписки бы грамотно вела, в которых мы с тобой утонули.

— Тебе новый менеджер нужен, спец. Чтобы в наших делах разбирался.

— Угу… А ты знаешь, сколько менеджер с лицензией стоит? Спасибо! Тем более сейчас, в последний момент. А тренировочный лагерь оплачивать? Нет уж, или справлюсь сам, или...

— А секретарша тебя не спасёт.

— Администратор, Серый, ад-ми-ни-стра-тор! А ты мне красоток подсовываешь — у них все мозги в ногах. Да я ту рыжую, и правда, буду хотеть через час — а на кой мне это? Только работу портить, расслаблять её. У меня для этого Вика есть — один в один, ты мои принципы знаешь.

— Отлично. В следующий раз соберу тебе уродин. Или старух. И вообще — почему именно девушку, а не мужика? Слушай, а давай в тот клёвый ресторанчик, на углу?

— Давай — лезь тогда в правый ряд. Мужик у меня уже есть — ты! И что толку? Да и не пойдёт мужик на мои деньги. Уродины мне тоже не нужны. И пожилые… скучно, да и непредставительно. Надо, чтобы мне непротивно было, когда она рядом будет весь день.

— Угу, размечтался. Умную и непротивную!

Впереди зажёгся красный свет, и Серый, перестроившись, сбавил скорость.

— Найди мне умную, честную и хотя бы не полного урода. Неужели так сложно? Э, э, э, ты чего? Ресторан дальше…

Серый резко затормозил и припарковался у тротуара.

— Давай, выходи! — услышал Игорь. — Во, погляди сюда. Ну как? Эта тебе подойдёт?

 

***

 

— Девушка, вы немая? У вас есть высшее образование? — повторил вопрос тот, что пониже.

— Почти…

Ленка сама не поняла, почему отвечает. Незачем с ними разговаривать, надо быстрей уходить! Какое, в конце концов, этому типу дело, есть ли у неё образование? Мелькнула мысль — да они поспорили на что-то, а теперь проверяют. Может, спрашивают всех встречных девушек?

— И кем вы по специальности будете? — поинтересовался мужчина.

— Юрист… — как под гипнозом продолжала давать ответы Ленка.

Одной рукой она судорожно пыталась застегнуть босоножки, другой прижимала к себе сумку.

Качки переглянулись между собой.

— А что? — попыталась выяснить девушка. — В чём дело?

— Во, видишь, Гош? Я просто в точку попал. Ты, главное, скажи, остальное тебя устраивает? — продолжал усмехаться второй, здоровенный.

— Вполне,  — пожал плечами первый.

Из кармана у него послышалась забойная мелодия.

— Поговори с девушкой, всё объясни, — скомандовал он приятелю, достал мобильник и отошел от них на несколько метров.

Ленка твердо решила уйти, она мужественно сделала шаг и даже не застонала. Но рослый парень преградил ей дорогу. По идее, пора было испугаться  — ростом он был выше на три головы, нос сломан, стрижка под ноль — вылитый бандит. А Ленка даже убежать не могла.

— Стойте, девушка. Я — Сергей Белозерцев. Слыхали, нет? А шефа моего узнали?

Она отрицательно покачала головой и сделала попытку двинуться дальше.

— Простите, я спешу.

— Да стой, тебе говорят. Тебе ж повезло! Будешь работать на самого Игоря Мелихова, по кличке Silver Dragon. Если он не передумает, конечно.

— Я на бандитов не работаю, — отрезала Ленка.

— Дура! Он не бандит, а боксёр. Совсем, что ль, неграмотная? Чемпиона мира по версии «ОДжиЭн» не знаешь?

— Сам дурак! — огрызнулась она. — Не знаю я никаких чемпионов. И бокс ваш терпеть не могу.

Ленка беспомощно рассматривала препятствие — оно было неодолимо.

— Тоже мне, спорт! Не кто сильней или быстрей, а кто кого покалечит. Тупость… — высказалась она зачем-то.

Девушка и не заметила, как чемпион появился за её спиной. Он выглядел сухим и очень крепким, хотя и был значительно ниже и тоньше своего приятеля.

— Бокс — интеллектуальный спорт. Не проще шахмат, — нахмурился Серебряный Дракон. — Не говорите, если не понимаете.

— Вот и замечательно… Вы только уезжайте, пожалуйста, — взмолилась Ленка. — Вы же видите, сама я от вас уйти не могу!

И она бессильно опустилась обратно.

Прищурившись, тот несколько секунд разглядывал её.

— Ноги натёрли? Давайте, мы вас подвезем, — неожиданно предложил он, — заодно и поговорим. Отказаться всегда успеете.

Ленка изумлённо подняла глаза — неужели этот тип думает, что она полезет к нему в машину? Девушка быстро, со всей силой замотала головой.

— Блин… — теряя терпение, сплюнул верзила, назвавшийся Белозерцевым. — К тебе серьёзный разговор, такое предложение выгодное,  а ты дурака валяешь! Ты чё думаешь, мы себе девочек найти не можем? Да к Мелихову сейчас очередь выстроится — но только не таких цыплят, как ты. А метр восемьдесят и вот с такими глазищами.

Вместо глазищ амбал изобразил солидный объем груди.

— Отлично! — от презрения Ленка даже забыла опаску. — Вот теперь я верю, что бокс — интеллектуальный спорт. Поскольку мой интеллект до такого… —девушка повторила жест качка, — не дотягивает, надеюсь, вы отвяжетесь, наконец. Интересно, из трех извилин у тебя хотя бы две работают? — добавила она едко.

Это уже было слишком. Парень открыл от возмущения рот, но чемпион усмехнулся и отстранил приятеля:

— Заткнись, наконец, Серый! Не видишь, с кем разговариваешь? Простите, у него, действительно… туго с мозгами. Вы где живёте?

— В Выхино… Другой конец Москвы, — буркнула Ленка.

— Позвоните родителям, назовите номер машины, если боитесь.

«Вот ещё не хватало, —  подумала девушка, —  чтобы мама сразу милицию вызвала?» Однако, странное дело, ощущение опасности так и не пришло. Игорь производил неплохое впечатление. А этому Серому, как его метко зовёт Мелихов, нельзя отказать в логике — аргумент про «девочек» вполне справедлив. 

— И кто же вам для работы нужен? Почему вы на улице сотрудников ищете?  Ленка даже позволила себе любопытство.

— Ну… — пожал плечами Игорь. — Просто мы только что с неудачного кастинга. Мне нужен личный администратор, помощник, если хотите. А у вас вид подходящий.

— В каком смысле? — поинтересовалась девушка.

Мужчины снова переглянулись.

— Да на лбу написано, что ты — отличница! — заявил громила. — В твоём деле главное что? Правильно — скромность! Скромность украшает работника, но портит хорошую девочку…  Так ты говорил, да, Гош?

Вот и дождалась, «на лбу написано!» А ведь старается выглядеть, как другие, одевается по моде, ну, насколько позволяют скромные родительские возможности, в фирменных магазинчиках… когда распродажа. Вот только причёска. Да, да, наверняка дело в причёске. А впрочем, какая разница, это ничего не меняет...

Чемпион  покачал головой:

— Ну, не идиот ли ты, Серый? Образованность, порядочность и работоспособность — вот мои критерии. Уверен, что вы им отвечаете.

Приятель с тоскою посмотрел на часы:

— Жрать охота, Гош…. Не хочет, не надо. Ещё везти её в Выхино… Оставь визитку, надумает, перезвонит. Чё мы, правда, в неё вцепились?

Но Игорь поморщился:

— Не-а, не перезвонит, не видишь разве? Садитесь в машину, девушка. Вас как зовут?

— Лена… — снова неизвестно зачем ответила она.

— Лена, мы вас в любом случае подвезём, раз уж обещали. А вы пока думайте. Две штуки вас устроят?

— Две чего? — не поняла Ленка.

— Две тысячи баксов, — раздельно произнес Белозерцев. — Слушай, какой из неё администратор? Она даже деньги считать не умеет.

Девушка вздохнула — сказки про белого бычка... Жаль, что так просто не отделаешься. Придется объяснять, смотреть на вытянувшиеся физиономии и… Она поднялась.

— Я — хромая, — спокойно сообщила она. — Вопросы есть?

Два недоуменных лица. Наверно, и правда, извилин не хватает.

— Да я понял, что ногу натёрли. Сказал — подвезем, — проговорил Игорь.

— Нет, дело не в этом. Хромая с детства. Калека, — произнесла Ленка ненавистное слово. — Такой помощник вам не нужен.

— Это… ну… ты же шла, без костылей? — всё ещё не понимал Серый.

— Ну, шла, — устало ответила она. — Я могу очень быстро ходить. Но хромаю, ясно?

— А почему? — продолжал тупить Белозерцев. — Ну-ка, пройдись!

— Я тебе что, на подиуме? Езжайте, давайте. Обойдётесь без цирка.

— Блин! — искренне обиделся парень. — А чё тогда мозги пудрила? Сказала бы сразу!

— Не хотела, представь себе, сразу, — Ленка не знала, смеяться ей или плакать. — Охота, думаешь, на твою брезгливую морду глазеть?

Игорь молчал, наверно, был лучше воспитан. Ленка на него не смотрела — пусть он и не хам, как Серый, но в жалости и снисходительности тоже приятного мало.  Хотелось плакать. А ведь она и не подумала реветь сегодня, когда услышала в автобусе: «Эй ты, хромоножка, ковыляй быстрей, людям тоже надо войти!»

Ленка отвернулась и медленно пошла прочь, стараясь не хромать слишком сильно. Если бы не проклятые босоножки! Обычно у неё хорошо получалось держаться несколько минут, идти, почти как нормальный человек, правда, при этом она испытывала едва выносимую боль в икре. Но сейчас, на дурацких каблуках, с натёртыми ногами… Тоже мне, модница! Теперь смеху не оберешься.

— Стой! — послышалось сзади.

Она удивлённо обернулась. Белозерцев уже садился в машину, на лице у него было написано что-то среднее между смущением и досадой. Но Мелихов всё ещё стоял на прежнем месте.

— Серый, подъезжай ближе, — скомандовал он.

А сам не спеша подошел к девушке:

— Английский знаете?

— К чему это? Ну, окончила английскую школу. И немецкий немного. Дальше-то что?

— Гош, ты скоро? — почти завыл Белозерцев.

Но Игорь не обратил на его стон никакого внимания.

— Короче, Лена, как я уже сказал, вы мне подходите. Садитесь, наконец, обсудим всё по дороге.

Он уже аккуратно подталкивал её к машине. Ленка была так поражена, что сама не заметила, как оказалась внутри.

— Вы не поняли, что ли? — попробовала ещё раз объясниться она.

— Я всё понял, — ровно ответил Мелихов, залезая на переднее сиденье. — Рули в Выхино, Серый.

Ленка помолчала немного и… сбросила с ног босоножки. Белозерцев был удивлён не меньше, но, видимо, лучше знал характер приятеля.

— Пообедали, — только обречённо вздохнул он, открыл бардачок, достал чипсы и запихнул в рот целую горсть. — Вот, блин, дёрнул же меня чёрт…

— Инициатива дрючит инициатора, — «успокоил» его Мелихов.

Они поехали. За окном уже начинало темнеть, и вот тут Ленка, наконец, почувствовала тревогу, плавно переходящую в панику. И как она попалась на этот крючок? Отвезут сейчас в какой-нибудь бордель для любителей экзотики или на органы продадут. Что она знает про этих двоих? Что они боксёры? Так они сами же это и сказали.

— А можно, я у метро выйду? — попробовала ускользнуть она.

— Нет, — отрезал Серый. — Мы на МКАДе, какое ещё метро?

— Послушайте, Лена, — Игорь старался быть терпеливым. — Я не мастер уговоров. Бояться нечего — особых знаний от вас не потребуется. Но если получится с контрактами разобраться — только рад буду. А вам — практика. Вообще-то, мне больше нужен человек, который организует жизнь у меня в доме. Распишет встречи, распланирует тренировки, проследит за меню, как тренер рекомендует. А то у нас каждый во что горазд. Ну, и на подхвате всегда, ясно? Помощник, но поумней, чем некоторые...

— Камень в мой огород, да? —  нахмурился Серый.

— В твой, в твой, — раздраженно ответил Мелихов. — Ко мне едет представитель спарринг-партнера, с документами, а ты — вдрызг пьяный с какой-то бабой заваливаешься… Вот и полагайся на тебя.  Так как, Лена, справитесь?

Она не знала, что и сказать. Всё это было настолько неожиданно и совершенно некстати. Конечно, она собиралась искать работу, но… не такую странную. В идеале Ленка видела себя юристом в небольшой конторе.  Неужели чемпиону безразлично, как будет выглядеть его помощница? Названные деньги выходили за пределы её мечтаний, для начала девушка надеялась устроиться хотя бы долларов на пятьсот. Ясное дело, нигде в мире ей столько, сколько сейчас, не предложат.

— Но я на дневном учусь, — начала сдаваться она. — Правда, лекций больше не будет, но мне ещё диплом писать — осенью защита.

— Да пишите, кто вам мешает, — пожал плечами Игорь, — свободного времени навалом останется. Жить будете в отдельной комнате, хоть обложитесь там своими книжками. В институт, если надо, Серый вот подвезёт. Главное, моих дел не упускайте.

— То есть как это — жить? — обалдела Ленка.

— Ну, как? Так. Как горничная или няня. Что же получится — вы мне нужны вдруг, а я буду ждать, пока вы из Выхино в Жаворонки доберетесь?

— В Жаворонки? — Ленка даже засмеялась. — С ума сошли? Исключено! Вы моих родителей не знаете. Они только услышат, такой скандал устроят!

— А мы сейчас поговорим с родителями, — спокойно ответил боксёр. — Всё равно ведь к вам едем.

Девушка испуганно замолчала. Ей казалось, что она находится в каком-то бреду. Нет, такого сюжета она никогда бы не придумала. Какой-то бессмысленный, чудной поворот в её однообразной жизни. Да и чем это может кончиться? Достаточно только представить лицо мамы, когда она увидит Ленку с этими субъектами на пороге, чтобы понять: происходящее  — просто сон, причём сон малоприятный. И как она в это ввязалась? Посмотреть со стороны — едет с двумя мужиками бандитского вида  неизвестно куда, в темноте дороги не видно… Вот он снова — реальный момент существования! Какой, однако, странный момент. И всё-таки — интересно. Будет что вспомнить… если, конечно, доедет.

Мелихов, разговаривая, ни разу не повернулся. Девушка невольно рассматривала его коротко стриженый затылок. Сидел чемпион очень прямо, в его позе не было расслабленности, казалось, уговаривая Ленку, он сосредоточенно думал о чём-то своем, не имеющем к ней никакого отношения.

— Не-ет… — протянула она робко. — Нет… Вы мне лучше визитку оставьте. А я позвоню, обязательно.

— Так я и поверил.

Девушка помолчала немного и высказала довольно трезвую мысль.

— Мне одно непонятно. Вот товарищ за рулем тут верно сказал: чего вы в меня-то вцепились? В любом кадровом агентстве вам за минуту сотню специалистов найдут, с образованием по профилю и…

Ленка хотела добавить «без физических недостатков». Но вовремя остановилась: никто не собирался её жалеть, вот и нечего прибедняться. Речь идет о работе! «Больше никаких разговоров о хромоте»,  — твердо решила она и сказала вместо этого:

— Спасибо, конечно, что подвезли. Но сами же понимаете, что я не пойду к вам. Не по мне это, да и деньги большие так просто не платят.

— Пойдёте, — коротко ответил Игорь. — А деньги дадутся не так уж легко. Оторвётесь от дома, придется разруливать чужие проблемы,  вам это игрушками кажется?

Чемпион впервые обернулся и внимательно посмотрел на неё. Девушка, в свою очередь, попыталась обнаружить в его глазах разгадку столь своеобразного поведения. Главная странность заключалась в том, что он так ни разу и не обмолвился относительно Ленкиной проблемы, словно ничего и не слышал.

Ленка давно обнаружила, что люди, с которыми ей приходилось общаться, по-разному относились к её «дефекту». Кто-то сторонился,  брезгливо избегая её, словно не желая видеть ничего неприятного. Кто-то мучил своей жалостливостью, проявлял ненавистную сердобольность. И только немногие делали вид, что ничего не замечают. Однако Ленка никак не ожидала обнаружить такую тактичность в качке-боксёре.

— Лучше, конечно, чтобы вы дали ответ сегодня. Всё равно согласитесь, а меня время поджимает,  — добавил Мелихов.

— Откуда такая уверенность? — пожала плечами Ленка.

За окном совсем стемнело, и она подумала, что с решительным отказом следует повременить, а то ещё выкинут прямо на МКАДе.

— Даже не сопротивляйся, — заявил Белозерцев. — Ты Дракона не знаешь. Если он идет первым номером, сбить невозможно.

— Вы мне очень подходите, я сразу понял,  — с опозданием объяснил чемпион. — Редкое сочетание качеств. Мы только что человек десять посмотрели. Как раз из кадрового агентства, как вы говорите.

— И никто не устроил? — удивилась она.

— Никто, — ровно ответил боксёр.

Серый при этом демонстративно вздохнул.

«Зато вы мне — ну никак не подходите… И когда это ты успел мои качества разглядеть?» — подумала Ленка.

Забавно, но ни малейшей скованности с этими двумя она не ощущала. Ни один из них ни капли не напоминал романтического героя, даже при её развитом воображении. Эх… вот остановился бы около неё такой, как сегодня в метро привиделся. И работу предложил. Ну, фигура-то ладно, пусть будет как у Мелихова, спортивная. Но чтобы в глазах  интеллект. И тонкость, и способность разгадать Ленкину душу. А эти два хмыря… Ну совсем из другой песни. То есть абсолютно из другой, даже не из параллельной жизни, а из иного измерения. Можно поспорить, что на любой вопрос — к примеру, о Ленкином любимом Пастернаке, ответят: «А кто это?» 

Но… Две с половины тысячи! Таких денег не зарабатывал никто из знакомых. Недавно сократили маму, и она тщетно пыталась найти новую работу. Ну ладно, мама, многие и после окончания института никуда не могут устроиться. Опять же, хромота… Везде любят здоровых и успешных.  И что тогда делать — у мамы с папой на шее сидеть? А тут ещё и уговаривают почему-то… Если бы это место предложили Юльке — она бы визжала от радости.

Ленка попыталась представить себя в роли помощницы Мелихова. Да нет, полный бред! Как чемпион собирается договариваться с её родителями? И вообще — стоит ли вести незнакомцев к себе домой, не опасно ли это? Вот только каким, интересно, образом можно их не пустить?

Девушка указала нужный подъезд. Она вылезла из автомобиля, поздно заметив руку, поданную «будущим шефом». Сначала она выставила на тротуар босоножки, потом со вздохом засунула в них ноги. Серый уже переминался у дверей. Шпана, шумно тусовавшаяся около дома, как по команде замолчала. Зрелище, и правда, было невиданное — Ленка вылезает из джипа в компании двух качков.

Она боялась, что Мелихов предложит дополнительную помощь, но он спокойно ждал. Девушка помедлила возле него и сказала негромко:

— Если хотите, чтобы мои родители вас выслушали… приятелю вашему лучше остаться.

Игорь усмехнулся.

— Серый, — в его голосе послышались веселые нотки, — посиди в машине, о,кей?

— Твою мать! — откликнулся тот. — Я надеялся, хоть кофе нальют.

— Ничего, потерпишь, —  Дракон уверенно распахнул дверь.

Свет в подъезде не горел, но это было к лучшему. Ленка не знала, что за квартира там у них в Жаворонках, но наверняка на стенах никто не пишет. Игорь очень вежливо придержал девушку под руку на лестнице.

— А вы давно спортом занимаетесь? — поинтересовалась Ленка.

— С детства. Какой этаж?

— Тринадцатый.

Лифт тоже был весь исписан, но боксёр отнесся к этому без интереса. «В сущности, — продолжала рассуждать Ленка, — он наверняка вылез из обычного микрорайона…»

— Спортшкола, наверное? — продолжала расспрашивать она.

— Да. Сначала в Иркутске, потом тренер в Москву забрал, в двенадцать лет.

— А жили где?

— В специнтернате.

— Тяжело, наверное…

— Втянулся. Сбежал один раз домой, правда. Думал всё, не могу.  Приехал, посмотрел… и обратно подался. Тоска дома-то, у всех пацанов одна мечта — в столицу вырваться. Такой для всех огромный… странноприимный дом. Ну, вам-то не понять. Сразу видно — коренная москвичка.

Ленка даже открыла рот от удивления. Странная у этого боксёра лексика. Ей показалось, или он, и правда, почти процитировал Цветаеву? Скорее всего, услышал где-то фразочку и запомнил. Мелихов не выглядит слишком простым или ограниченным, как его приятель, но… Какое может быть образование у спортсмена?

— Значит, учиться некогда было? — уточнила она.

— Почему некогда? На заочном отучился. Тридцать два года исполнилось, для спортсмена — возраст. Надо что-то за плечами иметь.

— А… вы действительно чемпион этого… по версии? Забыла…

Он усмехнулся.

— По двум  версиям —  действующий чемпион. Во втором среднем весе.  

Игорь замолчал, а она не стала больше расспрашивать. Собственно, говорить было не о чем, Ленка действительно ничего не понимала не только в боксе, но в и любом другом виде спорта. Отношения с физкультурой заканчивались для неё лыжами зимой и велосипедом на даче — врачи объявили эти занятия полезными для ноги, но никакой пользы, кроме удовольствия быстро передвигаться, не принесли.

Чемпион, оказавшийся простым провинциалом, уставился куда-то в стенку, что позволило девушке рассмотреть его повнимательнее  — на улице она слишком растерялась, а в машине почти всю дорогу видела только его затылок. Нос и у этого был какой-то проваленный, черты лица неправильные, но, как говорят, волевые, чуть выпуклый лоб, небольшие тёмные глаза. Ничего отталкивающего или устрашающего, соответствующего кличке, то есть прозвищу, в его лице Ленка не находила. 

Лифт уже приехал на тринадцатый этаж, двери открылись. Дракон бросил на Ленку вопросительный, напряжённый взгляд — наверное, такой характерен для спортсмена-боксёра. Интересно, как он улыбается? До этого момента девушка видела на его лице только усмешку или крепко сжатые губы.

Они подошли к дверям квартиры, и Ленка позвонила. Ну, будь что будет…

— Почему «Дракон»? — успела спросить она.

— Манера боя, — кратко ответил Игорь.

— А почему Серебряный? Что-то из эльфийских сказок…

— Ну, вроде как справедливый, благородный. Так придумали. Просто Драконы на ринге уже есть.

Дверь распахнулась, на пороге возникла мама и замерла от неожиданности.

— Добрый вечер, — первый заговорил боксёр.

— Добрый… — растерялась мать, но быстро сориентировалась:

— Ну, что же вы стоите? Проходите… Можете не разуваться.

— Мам, это Игорь… — нерешительно начала Ленка.

— Очень приятно, очень! — мама заулыбалась доброжелательно и цепко. — Рада, наконец, познакомиться. А то Леночка от нас всё скрывает…

Девушка только сейчас осознала курьёзность ситуации — всю дорогу она гадала, как отреагирует мама, но даже представить себе не могла, что она примет качка из джипа за потенциального зятя. Осознав, как глупо это выглядит в глазах чемпиона, Ленка поспешила исправить недоразумение.

— Мам, это Игорь Мелихов, боксёр. Он здесь по делу, хочет поговорить с вами. Папа дома?

Из дальней комнаты вышел, подтягивая тренировочные штаны, отец. Ленка лихорадочно вспоминала, интересуется ли он спортом. Кажется, нет… только футбол иногда смотрит.

— Ну, проходите, — повторила мать с явным недоумением.

— Мелихов? — удивился отец. — А вы, случайно… это же… Вы же тот самый! Это ведь вы?

— Да, это я, — спокойно подтвердил Игорь.

— О! Да вы же действующий чемпион! И какими судьбами? — изумился и обрадовался папа.

Девушка вздохнула про себя с облегчением.

— Я ведь тоже боксом в юности занимался. Немного… — радостно продолжал отец.

Этого Ленка не знала. Забавно.

Чемпиона пригласили за стол. Мама спешно начала собирать угощение, доставая всё, что нашлось в холодильнике. Наверное, голодный Серый не отказался бы перекусить, но Игорь даже не взглянул на бутерброды:

— Не надо, спасибо. У меня диета. Вопрос такой. Ваша дочь прошла кастинг… то есть собеседование на должность моего личного администратора. Но без вашего согласия ничего не выйдет. Поскольку Елена мне полностью подходит, я бы хотел разрулить этот вопрос прямо сейчас.

Мать даже не стала выяснять, когда это Ленка успела пройти кастинг по дороге к бабушке, и почему работодатель заявился к ним лично.

— Ну, так в чём же дело, Леночка? Мы, конечно, согласны!

— А какие обязанности? — более разумно поинтересовался отец. — Какая зарплата? И потом, у тебя ведь диплом на носу…

Игорь вновь терпеливо перечислил обязанности и назвал сумму. Все замолчали. Отец выглядел совсем растерянно. На его лице было написано: «Так. Не понимаю. В чем подвох?» В глазах у мамы — снисходительная убежденность, что работа — это только предлог, на самом деле чемпион, конечно, сумел оценить по достоинству её девочку и влюбился в неё с первого взгляда.

— Мам… — Ленка решила пояснить. — Работа не такая уж простая. Мне придется круглосуточно там жить, как, например, горничной. Чтобы всегда быть под рукой.

Эти слова не опровергли, а только усилили мамины подозрения. Но на такое она согласна, разумеется, не была.

— Как это — жить? Нет, постойте, а кто гарантирует, что с девочкой всё будет в порядке? Где это она будет жить? Что там за квартира у вас вообще?

— У меня не квартира, а дом в охраняемом коттеджном посёлке. Места хватает всем. Есть повар, горничная, охранник.

Ленка изумилась не меньше родителей: вот это размах! Целое поместье и штат прислуги. Действительно, что ли, этот Мелихов такая знаменитость? До сих пор она не слишком-то в это верила, а названные титулы ничего ей не говорили.

— Понимаю ваши опасения, — продолжал Игорь. — Поэтому сразу говорю: у меня есть жена. А ещё у меня маленькая дочь, и в доме живёт её няня. У Елены будет отдельная комната. И дипломом заниматься никто не помешает.

Жена и дочь? А это новость! Странное дело, Ленке почему-то стало скучно, как будто в книжке, которую она читала, не оказалось любовной истории. «Да что за глупости? О чем ты думаешь? Курам на смех!» — одернула себя девушка. Мама выглядела разочарованной, отец, наоборот, слегка успокоился.

— Я понимаю, вам надо подумать. Вот моя визитка. Завтра жду звонка, — заключил Игорь и поднялся с места.

— А… мы сможем сами посмотреть, где вы живёте, и как это всё будет выглядеть? — спросил папа.

— Конечно, в любой момент. Если в принципе вы согласны, пусть Лена соберёт нужные вещи, я пришлю за ней водителя. Если хотите, могу оставить аванс.

— Нет, нет, не надо, — поторопилась отказаться Ленка. — Я ещё ничего не решила.

Игорь в который раз внимательно посмотрел на неё. Она вспомнила: «Если Дракон атакует, то…»

— Я жду вашего звонка, — произнес он с нажимом и покинул квартиру.

 

***

 

— Ну, наконец-то, — с облегчением выдохнул Серый, когда шеф занял своё место в авто. — Тебя там хоть накормили?

— Предлагали — отказался из солидарности. Едем скорее.

Серега завёл мотор.

— Ну, давай, рассказывай…

— Что именно?

— Чего тебе в голову-то взбрело настырничать с девчонкой? Столько времени потратили… На кого? Ты её хорошо у нас представляешь? Хочешь, чтобы такая на переговорах колдыбачила? Да все офигеют! Ха! Знаешь, что скажут? Всё-то у Мелихова хромает — и карьера, и администратор! Славный имидж для крутого мэна!

— Да насрать… — у Игоря дёрнулась губа. — У меня и так от имиджа ничего не осталось. Кому какая разница? Она будет работать, а не стриптиз танцевать. Не такая уж у неё и травма, подумаешь, хромает.

— Травма — это травма, а она — инвалид. Да ты видел, как она ходит? Ужас, хоть бы палочку взяла — а то вид кривой. Игорёха, не смеши народ. Девчонка сама честно сказала — не подойду. И надо было уезжать. Ну ладно, образование, но ведь она права  — мы и не искали толком.

— Слушай… Ну, а как ты себе представляешь? Только что уговаривали  — а как увидели, что хромает, сразу: «Пошла вон, нам такие не нужны?»

Серый даже отвернулся от дороги и с недоумением  воззрился на Мелихова:

— Ну да, а как ещё-то? А теперь как выгребать будешь?

— А зачем выгребать? Сказал — подходящая девочка, и больше не приставай — я всё решил.

Белозерцев помолчал.

— Опять же, гонору многовато, — пробормотал он, не желая успокаиваться, — чересчур высоко себя ставит, не смотря на…

— Ты нахамил, она ответила. А ты хочешь серую мышку взять, чтобы слова никому сказать не могла? Забыл — ей и с Раисой, и со Светкой работать.

— Нет, прости, Гоша, что-то я не врубаюсь.

— Во что не врубаешься? — сдвинул брови Мелихов.

— Ну, про эту Лену. Нет, конечно, мордашечка у неё ничего так. И фигурка… Мелкая, худая, конечно, но… приодеть можно было бы, — пытался рассуждать друг. — Но эта нога — ну всё ведь портит! А вообще-то, смотри, Мелихов — вдруг всё-таки захочешь? Для разнообразия…

— Не мели ерунды, — отрезал Игорь. — При чём тут внешность? Не видишь, что ли: девчонка — исключительный случай. Ещё только проблем мне не хватало.

— Что-то новенькое, а? Такое… совсем неординарное, — продолжал дразнить Серый.

— Отстань, Белозерцев. Смотри на дорогу. Нравится — занимайся сам. Только она не клюнет на тебя, — усмехнулся чемпион.

— Да от радости ноги целовать будет, что пригрел кто-то! Давай на спор?

— Дурак ты… Ничего в людях не понимаешь.

—  А тут и понимать нечего!

— Слушай, — начал злиться Мелихов. — Значит так, возьмем помощницу, с дурью своей не лезь, напугаешь — сбежит. А мне опять новую искать.

— Ну во-от… А говоришь: «Занимайся сам!»

— Ты что, русского языка не понимаешь? Держись от неё за полкилометра. Я и так родителей едва успокоил.

— Да ладно, не дёргайся! Нужна она мне… Пацаны засмеют.

— Вот и отлично.

— А что скажет Викуся, ты подумал?

— А при чём тут Викуся? — голос у Игоря потускнел.

— О! — вдруг стукнул себя по лбу Серый. — Блин, сразу, что ли не мог объяснить? Ты специально такую взял, чтобы Вика не ревновала, точняк? А я-то?! Всю башку сломал, пока допёр!

Мелихов несколько секунд молчал. А потом сказал холодно и презрительно:

— Догадался, наконец! Конечно, поэтому, почему бы ещё?

— Сказал бы сразу, я бы тебе сотню таких колченожек привел, — заржал Белозерцев. — А представь себе Викино личико, если бы ту, рыжую, взяли, а?

—  Тормози, вот ресторан, — приказал Игорь.

 

***

 

Ленке пришлось выдержать настоящий допрос. Про встречу на бульваре она даже не заикнулась — это породило бы ещё большие опасения. Как объяснить маме с папой, почему именно её остановили на улице, да ещё с таким упорством уговаривали? Девушка и сама этого так и не поняла.

Она сочинила сомнительную историю про собеседование неподалёку от бабушкиного дома и кое-как выкрутилась.

Споры ни к чему не привели — взвешивали все «за» и «против», и так до бесконечности. Но и к концу следующего дня ни Ленка, ни родители не знали, как поступить. Визитка лежала перед телефоном, многократно изученная со всех сторон, не давая думать, что всё это им приснилось.

Девушка так и не решилась набрать номер. Вечером она снова стояла, прислонившись лбом к стеклу и глядя на быстро терявшие резкость очертания деревьев, расплывавшуюся в сумерках улицу с незажжёнными фонарями. Ничего не изменится в её жизни. Чушь, ерунда. Она не выйдет на эту работу, не выйдет просто потому, что такого в её жизни случиться не может, а значит, Ленка сама проследит за тем, чтобы не случилось. Стало пусто, зато спокойнее и привычней. Ну и хорошо.

Она вздрогнула от звонка — наверное, пришла соседка, мамина подружка. Дверь открыли, но из коридора послышался мужской голос. Будто попав в собственный бред, девушка ещё несколько секунд заставляла себя стоять на месте, но скоро поняла, что это не поможет, и вышла из комнаты.

Весь узенький коридорчик занимала громадная фигура — Белозерцеву пришлось наклониться, чтобы не задеть люстру.

— Ну, собралась? — пробасил он. — Ты чё ещё в халате? Я сколько ждать должен?

— И что это значит? Я ведь ещё ничего не решила…  — обалдела Ленка.

— Как — не решила? Спятила? Мелихов уже всем другим отказал, комнату тебе выделил. С утра дела есть. Давай, собирайся. Что забудешь — потом довезём.

Она вопросительно смотрела на мать. Отца дома не было, сегодня он работал во вторую смену. Какая-то непонятная сила тянула послушаться, плюнуть на все сомнения и… Но другой голос повторял: «Это безумие, сейчас ты влипнешь во что-то странное, лучше оставь всё, как есть!»

— Я… я не знаю… Можно, я ещё подумаю?

— Я тебе чё, трамвай, туда-сюда кататься? — удивился парень. — Вот не понимаю я тебя, чес-слово! Такая работа на улице не валяется, а она: «Подумаю!» Не дурочка вроде, с первого-то взгляда…

— Нет, послушайте…

— А ну тебя! Как знаешь… Позвоню шефу, пусть берет ту, которую сегодня смотрели, и дело с концом. Ты ему больше, видать, подошла, раз меня погнал сюда, но… Время идет, дела стоят.

Помогла мама, которая вдруг махнула рукой и решительно произнесла:

— Ладно. Лена сейчас соберется. А вы, может, чайку пока выпьете?

— Кофе, если дадите, — заявил Серый и широко улыбнулся.

Улыбка озарила грубо вытесанное лицо боксёра и неожиданно сделала его симпатичным и добродушным.

— Пойдёмте на кухню. А ты, Лен, пока укладывайся.

Девушка, как под гипнозом, пошла к себе и побросала в сумку вещи — зубную щетку, тапочки,  джинсы… Э, нет, джинсы она сейчас наденет. Значит, чёрные брюки. Что ещё взять из одежды? Большого выбора нет. Ленка переоделась, застегнула сумку и вышла.

— Я готова, — сообщила она.

— Угу, едем, — с полным ртом, дожёвывая, проговорил Белозерцев.

Девушка поймала себя на том, что смотрит на этого здоровенного парня, как на малое дитя — снисходительно и весело.

— Лена! Позвони сразу же, как приедешь. И с дороги позвони… Подождите! Адрес! Адрес и телефон оставьте.

Парень продиктовал название коттеджного поселка и номер дома. Интересно, как мама будет объясняться с отцом, что отпустила дочь, на ночь глядя, неизвестно куда неизвестно с кем? Не зря он называл жену авантюристкой. И ещё радовался, что дочка пошла в него — видимо, зря. Правда, сама Ленка была уверена, что никто её не обидит. Вот только как теперь будет выглядеть её жизнь?

 

***

 

На этот раз она села рядом с водителем. Аккуратно пристегнула ремень, не обращая внимания на ироничное хмыканье Серого. И правильно сделала — стиль вождения у него был агрессивным, он подрезал, материл «чайников» и каждую секунду перестраивался из ряда в ряд, словно играл в шашки. Несколько минут просто молчали. Ленке показалось это невежливым, и она заговорила первая:

— А ты тоже чемпион?

— Ага. Экс.

— А почему тогда на Мелихова работаешь?

— Мы друзья. Я бокс уже два года как бросил, после травмы.

— Сотрясение мозга?

Парень бросил на неё снисходительный взгляд:

— Сотрясение у боксёра — как у тебя насморк. А мне врачи запретили драться. Сосуды там, хрен его знает что…

— Понятно. А больше ты ничего и не умел, да? — Ленка не хотела ехидничать, просто вырвалось. Она все ещё не могла забыть, как Серый практически окрестил её «синим чулком».

— Почему? — обиделся тот. — Меня сколько звали — и начальником охраны, и в спортклуб. Только Мелихов меня уговорил…

— Вы давно дружите?

— Семь лет.

— Что он за человек?

— Игорь — парень нормальный, правильный, — охотно принялся объяснять Сергей. —  Но с закидонами. Любит, чтоб всё по его было. Если сказал — сделать так, значит, делай так. Кстати, имей в виду. С Викой его ненаглядной не связывайся. Если ты ей не понравишься — технический нокаут, и ты без работы. Она с нашим прежним доктором сразу же разоср… короче, пришлось менять.

— Доктор тоже живёт в доме?

— Не-а. Приходящий. В доме постоянно тренер, он же массажист — Мелихов на всем экономит. Витёк — хороший мужик. Но он никакой власти не имеет. Он у нас новый и, наверное, временный. Вообще-то у Гоши официальный тренер — немец, Скоут, всем известный. И промоутер — тоже немец. Был и менеджер, как у людей. Но Мелихов в начале года взбрыкнул, со всеми переругался, договоры расторгнул и уехал из Германии.

А Белозерцев оказался весьма общительным! Он снова резко перестроился, обогнав несчастную, посмевшую ехать слишком медленно, девицу на «красненькой машинке», просигналил ей и продолжил:

— В России Мелихов никому не верит, промоутеров местных опасается — слишком привык к Западу. Пока ни к кому здесь не прибились, хотя предложения были. Правда, все знают, что у нас с бабками хреново, и такие условия предлагают кабальные, гады. Может, вернёмся во Франкфурт, под старое крыло, если Гоша опомнится. В принципе, на Мелихове же миллионы делать можно. А ты тогда решай — поедешь с ним или нет. Если возьмёт, конечно. Язык знаешь?

— Английский, я же говорила. А немецкий не очень…

— Ничего, пойдёт. Там все по инглишу шпрехают.

— «Шпрехен» — по-немецки, — автоматически поправила Ленка.

От обилия информации она впала в лёгкую панику, ей захотелось повернуть назад. Игорь уже казался самодуром, его жена — стервой. Непонятно, как с ними уживаться? Да ещё, возможно, он снова уедет. А Ленка только зря будет время терять, вместо того, чтобы искать нормальное место. И главное, судя по истории с доктором, с сотрудниками здесь не церемонятся.

Нет, стоп. Не надо паники. Вчера Мелихов четко изложил ей обязанности. Если что-то не понравится, или шеф окажется тираном, она просто возьмёт такси и уедет. Девушка крепко сжала в руках сумочку.

— Но, вообще-то, вряд ли он вернется во Франкфурт в этом году, — продолжал трепаться Серый. — В планах было выступить ещё за одну версию, которую мы несколько лет назад потеряли. Но сейчас Игорёк не рискнет, нет. Ему бы «ОДжиЭн» защитить… Без штаба, без менеджера! Да и Виктор — не Скоут. Что и говорить — последнюю встречу в январе Гоша и так провел на зубах, едва вытянул — и не титульный был бой, ненужный, только ради бабок. Ольга добила его, конечно… Удар ниже пояса. Из-за неё из Германии и сбежал. А вот сейчас тут у нас назревает…

— Какая Ольга? — перебила его Ленка, окончательно запутавшись.

— Жена его, какая ещё?

— У него же Вика жена?

— Вика — это так. Они не расписаны. Да и не будет он больше жениться. А Ольга — сука ещё та. Бывшая модель. Мелихов всё для неё сделал — как королева жила. Нет. Мало ей. Ушла к немцу одному, крутику местному. Баронесса фон Штольц — звучит, а?

— А дочка?

— Настю оставила Гоше. Он так радовался, дурак, что отдала… А сам с девчонкой теперь мучается.

— Почему это мучается? С собственным ребёнком? — возмутилась Ленка.

— Увидишь, — многозначительно ответил парень.

Замелькали огни коттеджного посёлка. Миновав солидный пункт охраны, подъехали к одной из усадьб. Ограда выглядела внушительно, но размер территории в свете горящих на участке фонариков было не разглядеть.

Ворота открыл пожилой охранник. Серый бросил Ленке: «Иди в дом и не дрейфь», высадил её, а сам поехал ставить машину в гараж. Девушка пересекла двор, подошла к крыльцу, потянула на себя тяжелую дубовую дверь и переступила порог дома. Попала в просторный, пустой холл, постояла немного и нерешительно толкнула следующую дверь. Никто не встречал, и Ленка воспользовалась этим, чтобы оглядеться.

Интерьер комнаты (а это была гостиная) производил двойственное впечатление. Часть мебели казалась просто роскошной, такую Ленка видела только в журналах. Но отделку помещения явно производили наспех, да и дизайнера, видимо, не нанимали. Два кресла в стиле барокко с зеленой обивкой и столик натурального темного дерева абсолютно не сочетались с модерновым и не слишком дорогим диваном терракотового цвета. Создавалось впечатление, что все здесь какое-то временное. На пустую стену так и просились картина или светильник, но вместо этого где-то сбоку висел плакат с изображением самого Мелихова в перчатках и в огромном поясе с круглой бляхой посередине. Зато порадовал настоящий камин по левой стене — в домах с камином Ленка никогда ещё не бывала.

Из боковой двери выглянула женщина лет сорока, в черных брюках и светлой блузке навыпуск.

— Здравствуйте, — пробормотала девушка.

— Вы — Лена? — поинтересовалась женщина и, не дожидаясь ответа, продолжила: — Я Света, горничная.

Ленка представляла себе горничную несколько иначе, как минимум, в белом переднике и чепце, и очень обрадовалась, что всё здесь так просто. Света, однако, разглядывала девушку с некоторым сомнением.

— Ну что, пойдём, покажу твою комнату? И давай сразу на «ты», ладно? Не возражаешь?

— Нет, конечно, — поспешила заверить Ленка.

— А-а… Ну, хорошо. А то кто тебя знает. Мне сказали: администратор, второй человек после шефа. Я уж боялась, что за новая метла…

— Кто сказал? — удивилась девушка.

— Шеф и сказал. Говорит, приедет помощница — все вопросы к ней. Нечего, мол, теперь ко мне по ерунде приставать.

Ленка немножко испугалась. Кажется, Мелихов и в самом деле решил возложить на неё все свои дела. А сможет ли она, справится? И когда же диплом писать?

— А вообще, ты знаешь, — продолжала горничная, — у нас тут полный бардак. Повар кричит на тренера, тренер — на повара. А с ногой у тебя что — растяжение?

— Да, — трусливо соврала Ленка.

Они вышли из гостиной, прошли пару шагов направо, и Света распахнула перед девушкой дверь по другую сторону коридора:

— Устраивайся  пока. Завтра покажу дом.

Прежде чем уйти, горничная ещё раз оглядела девушку с ног до головы:

— Странный он какой-то, Игорь… Мог бы кого посолиднее взять. Кто тебя слушать-то будет?

— Он не говорил, что кем-то управлять надо, — девушка серьёзно обеспокоилась и решила поделиться с доброй женщиной своими сомнениями. — Говорит, расписание составить, за меню проследить, на письма ответить…

— Во-во! А как ты составишь и проследишь, если всех не построишь? Мелихов — он только на вид упертый. А так к нему каждый подходец находит. Зато теперь на помощницу кивать будет — мол,  я не при чем, это всё она, отвяжитесь! Ясно? Он и сам сорваться может, наорать, да вот только не по делу всегда. Вика тоже покомандовать любит. Повезло тебе, что её нет сегодня. А так обычно весело у нас, только держись. Ну, я-то свои обязанности выполняю, с меня спрос маленький, —  Света гордо тряхнула волосами. — Ладно, спокойной ночи.

И горничная вышла. Ничего себе, «спокойной ночи»! Ленка вспомнила, что обещала позвонить маме, спешно набрала ей с мобильника и как можно убедительнее заверила, что всё в порядке.

Комната оказалась вполне приличная, Мелихов даже поставил помощнице письменный стол и компьютер. Раскладной диванчик в углу, кресло — снова не в тон, но очень удобное, встроенный шкаф, зеркало… Девушка подозревала, что всё это куплено совсем недавно, мебель пахла новизной, похоже, никто здесь ещё не обитал. Она быстро разложила свои немногочисленные пожитки. А где же в доме туалет?

Часы показывали половину десятого. В коридоре, к счастью, горел свет, Ленка двинулась наугад влево, прошла метров семь и упёрлась в дверь. Приоткрыла и увидела большой тёмный зал, на полу — мат. «Кажется, это называется татами, — вспомнила она, —  или татами — только у борцов?» 

Девушка повернула обратно. Двойные двери гостиной были распахнуты, а в комнате разговаривали оба её знакомца — будущий шеф и Белозерцев.

Ленка поколебалась секунду и вошла, поздоровавшись. Мелихов обернулся:

— А, привет. Как устроилась? Завтра с утра — сразу ко мне, объясню всё раз и навсегда, и можешь приступать.

— Хорошо, — кивнула она, стараясь выглядеть уверенно. — А почему вы моего звонка не дождались, вот его прислали? Вдруг бы я не поехала?

— Ты бы и не поехала, если бы я его не прислал, — усмехнулся Игорь. — Скажешь, нет?

— Да вы психолог…— удивлённо ответила девушка. — А когда мы перешли на «ты»?

Она очень устала от дороги и впечатлений и ещё не успела привыкнуть к мысли, что у неё появился начальник. К тому же, её продолжали мучить сомнения. За деньги она не держалась, они были слишком нереальными, чтобы бояться потерять их. Если бы Мелихов передумал, Ленка, наверное, испытала бы сейчас облегчение.

Вдобавок она опасалась фамильярности со стороны чемпиона. Интуиция подсказывала ей, что чрезмерная почтительность заставила бы его проявить высокомерие. Девушка ещё в машине решила, что не позволит никаких «закидонов» со стороны шефа. Правда, пока он повода для беспокойства не давал, но кто его знает... 

— А ты что, против? — в свою очередь удивился Игорь. — Собственно, я тут со всеми на «ты».

— Нет, не против…  если сначала спросить, — буркнула Ленка. — А вас мне как называть? По имени-отчеству?

— Зови по имени и на «ты». Покажем остальным разницу. Ты — главная в доме, запомни. С этого момента — весь штат у тебя в подчинении.

— Вы мне об этом не говорили, — она снова забеспокоилась. — Думаете, кто-то будет меня слушать? Вы говорили только о расписании…

— А теперь говорю. Будут слушать, куда денутся. Имей в виду: начнут ходить ко мне переспрашивать — первый раз пресеку, второй — будет означать, что не справляешься. Но, я уверен, ты справишься.

— Гош, а я?  — поинтересовался Серёга с усмешкой. — Мной она тоже будет командовать?

— Нет, тобой не будет. Вы — на равных. Вопросы есть?

— Ну, спасибо тебе, братан, — покачал головой парень. — Её ты со вчерашнего дня знаешь, но мы уже на равных…

Впрочем, особого недовольства в его голосе не было, скорее ирония.

— Хорош тебе, Белозерцев! Я про работу говорю, а не про дружбу. Тебе лишь бы дуться… — Мелихов принял его слова всерьёз.

— Игорь, а где тут у вас туалет с ванной? — Ленка решила прервать разборку.

— Чё, Светка не показала? — возмутился Серый.

— Я забыла спросить.

— Да прямо рядом с твоей комнатой дверь, только на ней никаких знаков нет, — объяснил Мелихов. — Не заблудишься.

Девушка заметила, как Белозерцев поднял брови, но не поняла, что его так  удивило.

— Спасибо. Спокойной ночи.

Она ушла, не дожидаясь разрешения. Туалет, а вместе с ним и шикарный санузел с огромной ванной, больше напоминающей бассейн, действительно, быстро нашелся. Ленка думала, что не заснет в эту ночь, но усталость сделала свое дело. Девушке только и хватило сил, чтобы установить на телефоне будильник. Едва коснувшись головой подушки, она провалилась в глубокий сон.

 

***

 

Снилась ей какая-то чепуха, сборная солянка из дневных впечатлений. Вечером она не успела задаться вопросом, а где же в доме ребёнок. Но всю ночь ей виделась девочка — то грудная, то уже довольно большая. Загадочные слова Серого относительно дочери Мелихова вылились в странные образы. Тельце у Насти было маленькое, а голова огромная — Ленка как-то видела подобное уродство в телепередаче. Девочка плевалась во всех, кто к ней приближался. Ленка решила обхитрить её и отвлечь, трясла погремушками, рассказывала что-то и в результате подошла достаточно близко. Но тут в дверях показалась Вика — представить жену Игоря было совсем не трудно. Настя плюнула в неё изо всех сил, но попала в Ленку и дико завизжала.

Девушка подскочила на диване и несколько секунд осознавала, где она. Верещал будильник. Ленка сначала переставила его на повтор, но передумала и заставила себя встать. Накануне она не уточнила, во сколько должна явиться, и решила, что лучше быть умытой и причёсанной, чем бежать в последний момент в туалет. Несколько секунд соображала, что одеть — джинсы или брюки, выбрала джинсы. В четверть восьмого девушка вышла в коридор в полной боевой готовности.

Она решила, что искать хозяина следует в гостиной. И у самых дверей столкнулась с горничной.

— А, привет! Как спалось? — приветливо поинтересовалась та. — А я уже всё убрала, шеф не любит, когда я при нем вожусь, вот и встаю пораньше.

— Во сколько же он поднимается?

— Да уже час как в тренажерке.

Ленка испугалась: значит, она проспала? Игорь сказал — с утра сразу к нему, но можно ли беспокоить его во время тренировки? Девушка нерешительно направилась по коридору к спортивному залу и остановилась под дверью, за которой доносились голоса и глухие удары. Ленка потянула на себя ручку.

Чемпион стоял к ней спиной и бил по груше. Обнажённый по пояс, в боксёрских шортах, больше напоминающих широкие трусы, он производил сильное впечатление. На крепких мускулистых плечах блестели капельки пота. Ленка попятилась, но Игорь, словно почувствовав её взгляд, быстро обернулся.

— Привет. Заходи!

В обуви было неудобно ступать по мягкому. Девушка сделала шаг и встала. Только сейчас она заметила в глубине зала мужчину, на вид немного постарше Мелихова.

— Знакомьтесь! Мой тренер — Виктор. Вить, это Елена, моя помощница.

Мужчина приветливо кивнул.

— Вот с ней и согласуешь расписание, — добавил Игорь.

— Лена, — поспешно заговорил Виктор, — вы должны повлиять на своего шефа. Силовые тренировки не должны проходить на пустой желудок. Только небольшая разминка перед завтраком. А вот днём…

— Днём мне некогда, приедет Вика, — отрубил Мелихов. — К тому же завтрака ещё час ждать, а я встаю рано, привычка со спортшколы осталась.

Тренер только покачал головой, а Игорь, ничуть не смущаясь, улегся на спину  и принялся качать пресс. Он совсем не задыхался и продолжал при этом отрывисто, в такт, давать указания.

— Значит, Лен. В зале ходим. Без обуви. Разуйся. Подойди.

Девушка скинула туфли, радуясь про себя, что одела под джинсы новые носочки, прошла к стене под внимательным взглядом Виктора — босиком она хромала сильнее, и огляделась. Несколько тренажеров в углу, не застеленном матом — силовой, беговая дорожка, велосипед, ещё какой-то непонятный агрегат. Турник, лестница, груши разных форм и размеров. На полу валяются плоские квадратные предметы с раструбом для ладони — «лапы».

Все в этом помещении дышало культом тела и физического здоровья. Стены в зале сплошь увешаны зеркалами, в промежутках — плакаты с изображением Мелихова. Через крохотное, высоко расположенное окно, свет с улицы почти не проникал, поэтому были включены лампы дневного освещения. На свои многочисленные отражения Ленка старалась не смотреть, она выглядела здесь инородным существом — хилым, жалким субъектом.

— Первым делом. Согласуешь с Виктором. Расписание тренировок, но так. Чтобы не мешало. Другим делам, — продолжал шеф.

— А какие другие дела?

— Ежедневник есть? Потом купишь. Я тебе накидаю. За завтраком. Главное. Послезавтра. День рождения Насти, — Мелихов вскочил с ковра и отправился к турнику.

— Дыши правильно, после поговоришь, — буркнул тренер, но Игорь продолжал.

— Приём будет скромным, но надо всё устроить. Обзвонить гостей, — он начал подтягиваться, — и уточнить время. Список передам. После завтрака. Познакомлю c поваром. 

— А что с документами, в которых надо разобраться?

— Про бумаги отдельно. Пока не грузись.

Подтянувшись раз тридцать, Мелихов спрыгнул. Девушке показалось, что тренируется он вовсе не под руководством Виктора, а так, как захочет сам.

— Я в душ,  — бросил чемпион и скрылся за маленькой дверцей в углу зала.

Тренер вздохнул и выразительно уставился на помощницу в поисках сочувствия.

— Вот что прикажете делать? Вообще не понимаю, на кой я ему здесь нужен… Вот он точно выразился — чтобы тренировки не мешали другим делам! Разве это подготовка?

Мужчина понравился Ленке — телосложением он напоминал Мелихова, только  был немного повыше и потоньше в плечах, лицо — открытое, серьёзное и доброжелательное. Быстрые светло-серые глаза смотрели с приязнью. Девушке тоже захотелось поделиться своими сомнениями.

— И я не понимаю пока, зачем я ему… Если он вас не слушает…

— Может, вместе попробуем? — предложил Виктор. — С союзником мне будет легче.

Она кивнула:

— Давайте, вы составите план тренировок, но точное время не пишите — только укажите длительность и в каких промежутках между едой. А я попробую всё это вместить в расписание.

— Попробуйте… — без особой надежды согласился тренер. — Существуют научно разработанные распорядки дня, я дам вам почитать, только они не про нас. Тут спортивный врач обещал меню набросать — да с нашей Раей это не пройдёт. Она подружка матери Игоря. И вот они вместе: «Мальчик должен питаться…» А «мальчик» семь лет в Германии прожил на грамотном режиме, и вдруг мамочка вспомнила, что сынок пирожков в детстве недокушал.

— А разве его мать не в Иркутске?

— Так он её сюда перетащил, купил ей квартиру в Москве, обеспечивает. А она в ответ заботу изображает. Хотя сын от неё ещё в детстве уехал, она только дочерью и занималась.

— У Игоря есть сестра? А где она? — полюбопытствовала Ленка.

— Марина? Да тоже здесь. В Москве несколько лет уже, вышла замуж, через полгода развелась. Вика — как раз её подружка, через сестру и познакомились. Этакие гламурные дамочки.

— Не нравятся вам, да? — в лоб спросила девушка.

— Абсолютно, — честно признался Виктор. — Высокомерия столько… Чувствую себя с ними просто быдлом. Награды мои или образование их не волнует, у них один критерий — бабки. А с этим у меня плохо. Выпал из обоймы, на тренерскую перешел, в спортклубах работал. Вот Серёга, спасибо, про меня вспомнил, пристроил к Мелихову. Ребята хорошие, но… Не люблю, когда мой труд насмарку идет, хочется результат видеть.

— Разве у Игоря плохие результаты?

— А это ещё неизвестно. Он из Германии в неважной форме вернулся и, похоже, рукой на все махнул. А ведь в спорте про неудачников быстро забывают. Находятся новые чемпионы…

Виктор оглянулся  — шум воды в душе прекратился, и вышел Мелихов, даже не полуголый, а голый, только полотенце обернуто вокруг торса. Увидев, что Ленка ещё здесь, он поднял брови, но подошел к ним без всякого стеснения.

— Пообщались?

На лице у тренера появилось беспокойство — наверное, пожалел, что слишком разоткровенничался.

— Немного, — уклончиво ответила она.

Игорь, похоже, не испытывал никакого дискомфорта, находясь рядом с ней в таком виде.

— Лена, я тогда всё подготовлю и зайду к вам, — сказал тренер словно в продолжение разговора и повернулся к Мелихову. — Ты в какой комнате девушку поселил?

— Рядом со мной. Лен, иди в столовую, я через десять минут буду.

— А столовая где? — с облегченьем выдохнула она, мечтающая уйти отсюда так, чтобы это не выглядело бегством.

— Смежная с гостиной — видала вчера стеклянную дверь?

           

***

 

В столовой уже сидел и уплетал за обе щеки Белозерцев. Вслед за Ленкой подошел и Виктор, улыбнулся ей и занял место рядом.

«Сколько же здесь всё-таки народу», — подумала она про себя. Горничная, компаньон, охранник, повар, наверняка и садовник имеется. Да, ещё няня, и вот теперь администратор. Может, так и делают чемпионов, или это только Мелихов денег не считает?

— Привет! — с набитым ртом поздоровался Серый. — Присаживайся. Ну, как ты? В порядке?

— Да вроде бы… — неопределённо ответила Ленка.

— Не переживай, — почему-то утешил парень.

Сегодня он пребывал в благостном настроении. Вошла горничная с подносом, поинтересовалась, что будет на завтрак помощница — омлет или яичницу с ветчиной. Девушка ограничилась бутербродом с сыром. Она могла спокойно приготовить его сама, но Света не позволила — это была её вотчина. Поэтому Ленка ещё несколько минут ерзала на стуле, глядя, как совершенно чужой человек режет, наливает и подает ей.

— А ты не тренируешься? — поинтересовалась она у Белозерцева.

— Не-а. На тренажерах только балуюсь. Мне большой спорт уже кукиш показал. Нет, ну, могу с Гошей, конечно, по лапам побить или в паре постоять. Но Витька ругаться начинает.

Тренер покачал головой:

— Да ты на себя одеяло тянешь. А мне не победа твоя нужна и не его травмы, а чтобы ты ему ассистировал. Ты забыл — у тебя весовая категория какая?

Серый только отмахнулся. Вошёл Мелихов. Он надел тренировочные брюки, но и только. На голых плечах — небрежно наброшенное короткое полотенце. Неужели так и сядет за стол?

Игорь занял место напротив и принялся за еду. Девушка быстро перекусила и теперь ждала указаний, но никто не обращал на неё внимания. Мужчины переговаривались, обсуждая на профессиональном сленге потенциального соперника. Света уже начала уносить тарелки и разливать кипяток, когда Мелихов, наконец, переключил внимание на новую сотрудницу.

— Лен… Запоминай. Значит, сегодня в двенадцать мы с Викой едем в Москву, пообедаем там, посмотрим Насте подарок. Ты пока осваивайся. Ещё. Дам тебе договоры на спарринг, суммы обговорены, просто глянь, я подпишу. Спарринг-партнеров двое: Зуев и Исламбеков. Согласуй с ними время, втисни в расписание тренировок. Теперь самое главное. На этой неделе приезжает команда Будреса — свяжутся с нами. Запишешь информацию. Мы должны внести изменения в контракт на бой — договорись о встрече. Поприсутствуешь, посмотришь, что за публика эти мексиканцы. Вот, возьми…

Игорь протянул ей записную книжку.

— Найдёшь телефоны боксёров — Серёга тебе поможет. Будет два спарринга в неделю, лучше, чтобы каждую неделю оба партнера были. У них разная техника, Исламбеков — левша. Но на послезавтра ничего не планируй.

— А когда переговоры?

— Пока не знаю. Переводчик, или кто там, позвонит по мобильному — вот этот аппарат специально для таких контактов. Возьми себе, — Игорь протянул ей сотовый. —  В моё отсутствие к телефону будут подзывать тебя. Свет, слышишь?  К телефону зови Лену. Кстати, и когда я дома — тоже. Пусть сама решает — буду я говорить или нет.

«Нормально, — подумала Ленка, — скажу, что занят, а ты на меня потом собак спустишь!»

— Тогда дайте мне список людей,  к которым вас звать при любых условиях, — заявила она.

— Такие люди мне на личный мобильный звонят. Хотя… Ты права, его тоже возьми на себя. Иной раз приходиться прерывать тренировку, а партнер ждет — некрасиво.

— Ну, а к Вике-то или маме? — вмешался Белозерцев. — Ты что, своих женщин не знаешь? Ленка же у них и виновата будет.

Девушка благодарно посмотрела на него — вот уж от кого не ожидала такой уместной поддержки! Шеф задумался.

— А что… — вдруг заявил он. — Никаких исключений. Они-то больше всего меня и достают, а послать — не пошлёшь. Ты, Лен, будь с ними построже. Для тебя главное — мой приказ. А на вопли внимания не обращай. 

— Вы уверены? Попрекать не станете? — нерешительно начала Ленка.

— Не стану, не беспокойся. Спасибо скажу, — усмехнулся Мелихов. — И мы на «ты», забыла?

— Ты чё, Гош? Войны захотел? — обалдел Серый.

— Нет, порядка. И покоя.

Ленке не нравилось это все больше и больше. Она вспомнила слова горничной, предостережения Белозерцева и не выдержала.

— Ясно. А когда терпение у них закончится, найдешь себе другого козла отпущения, так? — Ленка обратилась, наконец, к шефу на «ты» и теперь, затаив дыхание, ждала ответа.

 — Козу, — хмыкнул Белозерцев.

Игорь нахмурился, сильно выраженная морщина у него на переносице стала ещё глубже. Казалось, он собирался сказать что-то резкое, но удержался:

— Будешь делать, о чем прошу, в обиду не дам. Лен, кто-то должен их всех ограничивать. Сил моих нет с бабами разбираться, честно тебе говорю. Ты не пострадаешь, обещаю.

— Да? — недоверчиво переспросила она. — Ладно, ловлю на слове. А что с днём рождения? Где список приглашенных и телефоны?

— Телефоны в книжке, я же тебе дал! Серый знает, кого пригласили. Но звони всем сама, пусть привыкнут общаться через тебя. По-хорошему надо бы приглашения разослать, да уже поздно. Назначь время, которое сочтёшь нужным, но не раньше обеда, конечно. Потом обговори всё со Светкой и поваром.

— Но я не умею проводить приёмы!

— Ты просто встретишь гостей, проконтролируешь кухню и поприсутствуешь. Пусть все тебя знают.

Теперь Ленка лихорадочно думала, как сформулировать главную проблему. И снова на выручку пришел Белозерцев.

— Ну-ну… — он смотрел на друга с нескрываемым сарказмом. — Лен, а у тебя есть, что надеть по такому случаю? В смысле — платье там вечернее?

— Если надо заехать домой — Серый отвезет,  — кивнул Мелихов, не замечая его взгляда. — Возьмёшь там  платье, косметику…

Девушка ничего не ответила — она понятия не имела, как выйти из положения. Решила поменять тему и задала вопрос, который давно её интересовал.

— А где же Настя? Спит ещё?

— Настя со вчерашнего дня у бабушки. Завтра вечером привезут. Имей в виду — это не моя мама, а бывшая теща. На причитания внимания не обращай. Столько разговоров о воспитании, а сама дольше двух дней не выдерживает.

— Можно подумать, твоя выдерживает, — негромко произнёс Серый.

— А сколько Насте лет? — спросила Ленка.

— Четыре, то есть уже пять исполняется. Этот геморрой — не твой, а няню предупреди, чтобы ребёнок под ногами не болтался.

— Виктор, — вспомнила она и повернулась к тренеру, — по поводу меню… Когда приедет ваш доктор?

— Был вчера, собирался теперь в пятницу. Можем раньше позвать, если от этого будет прок.

— Конечно, будет, — удивилась девушка. — Иначе зачем нужен спортивный врач?

Виктор раздражённо пожал плечами, Мелихов сделал непонятную гримасу, а Серый многозначительно ухмыльнулся.

— Игорёк, а когда же ты Леночке Раю представишь?— спросил он.

— А, да… — нехотя произнес шеф. — Свет, приведи, пожалуйста, Раису.

— Ну, это уже без меня, — заявил тренер.

Он поднялся с места и отправился к выходу, но вдруг притормозил у дверей.

— Кстати, Лен.  Что у тебя с суставом? Извини, конечно, что спрашиваю, но Марк — он у нас большой спец по любым травмам, так что можешь воспользоваться случаем. Похоже на давний, неверно сращенный перелом.

Тон у него был деловой, и Ленка не почувствовала унижения, но невольно бросила взгляд на остальных. Белозерцев с любопытством прислушивался, однако Мелихов пил кофе, погружённый в свои мысли — тема оставила его равнодушным.

— Почти угадали. Но… спасибо, это бесполезно.

— Почему? Я и не такие случаи видывал.

— Да, ладно тебе, Лен, — поддакнул Серега,  — расскажи, чего уж там.

Очень вовремя появилась и горничная.

— Рая придет через три минуты, — объявила она и принялась неспешно убирать со стола.

Ленка решила, что лучше рассказать эту историю один раз и при всех, чем повторять потом каждому.

— Это родовая травма, — неохотно начала она. — Сначала не заметили, потом, когда научилась ходить, спохватились. У меня было три операции — но всё попусту. Первый раз — диагноз неправильно поставили. Потом, в шесть лет, сломали ногу и попытались срастить кости заново — но срослось неправильно. Третью операцию начали в восьмом классе, но так и не сделали — что-то произошло, реакция на наркоз, что ли. Родители испугались и решили больше не трогать.

— А ходить тебе больно? — жалостливо спросила Света.

— Нет, вообще-то. Только если пытаюсь наступить правильно, с нормальным нажимом — тогда очень больно. Сустав в непривычном положении оказывается, ну и…

— И всё-таки с Марком поговори, — посоветовал Виктор.

Из двери, ведущей в коридор, появилась черноволосая, крупная, но все ещё стройная женщина лет пятидесяти. Выражение её длинного, лошадиного лица больше подошло бы паспортистке в ДЭЗе, нежели поварихе. По крайней мере именно так встречают посетителей в присутственных местах — неприветливым взглядом и крепко сжатыми губами. Чёрные, слегка навыкате глаза Раисы смотрели подозрительно, весь её вид выражал готовность к бою. Тренер сразу же демонстративно вышел из комнаты через другую дверь.

— Рай, это Елена, моя помощница, — сообщил Мелихов. — С этого момента согласовывай, пожалуйста, с ней всё — меню, время обеда, любые вопросы.

Он старался говорить твёрдо, но Ленка с удивлением заметила, что в его всегда уверенном голосе появились нотки заискивания.

— Зачем это мне согласовывать с кем-то меню? — Рая поджала губы так, что от них осталась одна только складка. — Я с семнадцати лет на кухне! Что может мне открыть эта... Откуда она вообще у тебя взялась?

Повариха, очевидно, не входила в число лиц, обращающихся к шефу на «вы». Вот тебе и «покажем всем разницу»!

— Лена — мой администратор. Она вполне компетентна, — Мелихов попытался придать интонациям весомости.

Повариха одарила девушку новым уничижительным взглядом, круто развернулась и отправилась восвояси. Игорь виновато поморщился:

— Слушай… Ты мне здесь особенно нужна. Понимаешь… Рая —  протеже моей матери, наша давняя знакомая, ещё с Иркутска. Я с ней ругаться не хочу. Но ты — делай, что сочтешь нужным. Виктор давно зудит про диету, и он прав.

Да уж… И как, интересно, Ленка должна бороться с этим конём в юбке? Девушка разозлилась.

— Хорошо, — спокойно ответила она. — А если не получится мирно? Могу я принять меры?

— Ради Бога, — обрадовался Игорь. — Ты, главное, не пугайся. Всё будет нормально.

Покончив с неприятным вопросом, шеф встал из-за стола и отправился в гостиную. Серый возвёл глаза к потолку. Девушка поблагодарила Свету за завтрак и обратилась к нему, помахав записной книжкой:

— Этим когда займемся?

— Давай, когда Гоша отвалит.

— Тогда я пока к себе.

 

***

 

Игорь уселся на диван, положив ногу на ногу, и взялся за пульт от телевизора. Вика приедет только через пару часов. Хотя для неё куплен дом в соседнем коттеджном поселке, сегодня она  ночевала в Москве. Однако обещала зарулить за Мелиховым.

Игорь не хотел признаться в этом даже себе, но после той аварии под Франкфуртом,  когда он ехал ночью один от адвоката, злой и не в себе, он старался пореже садиться за баранку. Машина тогда перевернулась, Мелихов отделался несколькими царапинами и лёгким испугом, но в душе поселился страх. Никто не должен был знать об этом, даже Вика. Хорошо, что она сама обожает автомобили, у неё отличный, мужской стиль вождения и огромный стаж. К тому же девушка не упустит шанса побывать у него дома и принюхаться — не было ли в её отсутствие кого другого. А точнее — другой.

Но пока заняться было нечем. Игорь автоматически щёлкал программы, не задерживаясь на одном из каналов больше минуты. Из столовой вышел Белозерцев и плюхнулся в кресло напротив. 

— Ты чего? — удивился Мелихов, заметив его красноречивый взгляд.

Приятель только покрутил пальцем у виска.

— Ну, и что это значит? — поморщился Игорь.

— Вот уж не знаю, у кого из нас туго с мозгами…

— Короче! — приказал шеф.

— Пожалуйста. Ленка эта смоется от тебя завтра же. Ну, или после первого разговора с тетей Раей.

— Не думаю.

— Ты что, правда, считаешь, что она справится с Райкой? Ничего не скажешь, сэкономили на менеджере! Тоже мне — администратор… Шейка тоненькая, глазки испуганные. Привёз ребёнка и хочешь, чтобы её кто-то слушал. Да её съедят тут!

— Глупости. Девочка твёрдая, цельная. В глазах — интеллект. Справится.

— Да она только Настёну твою увидит — и хорош…

— Заметил, нет? Настю я на неё вешать не собираюсь,  — у Мелихова сразу испортилось настроение.

— Гош… Послушай умных людей. Тут Викуся на все сто  права — малой специалисты нужны, педагоги всякие детские. Ну, мы же узнавали, тебе всё понравилось. Десять пацанят в группе, там и врач, и психолог, и развлекают, и лепят там… пляшут. Бассейн есть. А в выходные забирать будешь.

Игорь помотал головой.

— Нет… Не могу пока. Ольге на неё плевать. Теперь я в садик запихну. Не могу я, Серый. Жалко… Думаю, лучше няню сменить. Верка совсем бесхребетная.

— Оставил бы Настю в Германии — никуда бы не делась твоя баронесса! Ты же сам настоял: «Заберу, выращу…»

— Шутишь? Вспомни получше! — нахмурился Игорь. — Забыл, как там Настя… Пока эта… любовью была занята… Да ей всегда не до ребёнка было!

— А тебе до ребёнка, можно подумать! А няньки? До этого была Антонина — та слишком жёсткая, типа. Мол, девочке нужна ласка. Верка её облизывает — наоборот, слишком мягкая… Тебе не угодишь. Воспитывай сам!

— Вот я и воспитываю!

— Ага… воспитываешь. Да, кстати… Ты как себе эту Ленку представляешь на Настином дне рождении?

— А что?

— Не врубаешься? Она же не формат для твоих дам. Я даже не про хромоту сейчас. Ты глаза её видел, когда про наряд заговорили? Могу поспорить, она сегодня в своих самых парадных джинсах.

— Да, пожалуй, ты прав… — сообразил Игорь. — Значит, девчонку надо приодеть. Вот только согласится ли?

— А куда она денется?

— Нет… Тут надо преподнести правильно, не напугать, — Мелихов вдруг с подозрением уставился на Серого. — А ты-то чего паришься? Ты же вроде как недовольный был, что я её взял? А теперь столько заботы!

— Ну… Всё-таки это я её нашел, — замялся парень, — значит, отвечаю…

А потом сам засмеялся:

— Не знаю, Гош. Ну, вроде она такая… Не знаю даже… Девчонка, как девчонка, симпатичная, хоть и... Говорит, и немецкий знает, прикинь?

— Я в курсе. А тебе вроде умненькие не нравились? — усмехнулся Мелихов.  — И характером она не ангел — ты верно подметил.  Говорит, что думает, а хитрости — ноль. Как будто это мы с тобой кастинг проходим — возьмёт или нет в начальники. 

— Ага… Другая ухватилась бы за это место — на цыпочках перед тобой бегала, а  эта своего счастья не понимает. Сейчас посмотрит день-два, да и сбежит, ей-богу, сбежит! Помогут…

Игорь упрямо повёл плечами. Но добавил уже не так уверено:

— Одно точно. Райка матери накапает, и они вдвоём за меня возьмутся.

— Не понимаю я тебя, Гоша. Чего ты так над матерью трясёшься, что она скажет? Двадцать лет без неё жил — а тут вдруг…

— Вот именно поэтому, — отрезал Игорь. — Тебе не понять. А я, может, впервые мамину любовь ощутил, за эти-то годы.

— Угу… Потому что сыночка теперь крутой мальчик, в Москву забрал. Сам же рассказывал, мама у тебя — Нина была.

Мелихов бросил на него досадливый взгляд. В голове послушно всплыла картинка из прошлого. Маленькая квартирка, в которой обитали тренер с женой. Аккуратный, по-спартански убранный уголок Петровича и Нинин «кабинет» — захламленная, забитая книгами комната. Диванчик в углу, на котором частенько ночевал «воспитанник». И сама Нина — издерганная на работе, в застиранном халате, с конским хвостиком на седой, некрашеной голове. Ну и противной же она казалась выжатому после тренировки подростку, когда, отложив на глубокую ночь кучу непроверенных тетрадок, нависала над ним, как мегера: «Спорт — спортом, а вот человеком я тебя сделаю!» «Своих бы завела, и воспитывала, — бесился про себя Игорь, вглядываясь в непонятный, никому не нужный текст. — Мало ей школы!» Тёр глаза и сетовал, что не остался в интернате, польстился на домашний борщ и котлеты…

— Была. Только я этого не понимал, — медленно ответил он, отгоняя от себя призраки прошлого.

— Так и не нашел Петровича, да? — сочувственно спросил Серый.

— Да где там. Я последний раз перед свадьбой с ним разговаривал. А этой зимой позвонил — чужие люди к телефону подходят, мол, ничего не знаем.

— А если сгонять туда?

— Ездил же весной. Говорят, квартиру через агентство купили, хозяина два раза видели. Вроде как в Питер к родне переехал.

 Он махнул рукой.

— Только на мать ты зря гонишь. Она-то как раз — не поэтому… не за деньги.

— А Вика?

— Ну, Вика… Наверное, любит… пока. Я этот крючок больше не заглотну.

— Да уже заглотал. Сразу же ей — дом, тачку…  Такой, блин, тяжелый бой — и ради чего? Новую телку одеть? Понты в порядке, зато на массажисте приличном мы экономим.

— Если она и пользуется… то и я беру по полной. Вика могла и покруче себе найти, чем чемпион на закате карьеры. Вспомни — спальню отделывали, пошли по дешевому варианту. Так Вика даже слова не сказала.

— Да ну ещё бы! После «Лексуса-то…

— Хорош уже, Серый, меня донимать. Чё ты во все лезешь? — отшвырнул пульт Мелихов.

— Да я вообще уехать могу! — обиделся друг. — Крутись тут со своими бабами сам. Теперь ещё одну завел.

— Езжай, давай, — отмахнулся Игорь и встал. — Да, кстати… Спасибо, что напомнил. Пойду, поговорю с ней.

 

***

 

 Итак, он наделил её практически неограниченными полномочиями.  Непонятно, почему Мелихов так уверен, что она справится? Похоже, ему нужен совсем другой администратор: жесткая дама с металлическим голосом. Или он специально взял Ленку, чтобы обмануть окружающих её жалким видом? Так сказать, чтобы не встали прежде времени в боевую стойку? Нет, всё равно непонятно.

Ясно одно: Дракон оказался беспомощным перед самыми близкими. Видимо, и мать, и жена, и, наверное, ребёнок вьют из него веревки. Про повариху и говорить нечего — сразу видно, что та претендует на особую роль. Света ведёт себя независимо и уже взяла с Ленкой покровительственный тон. А Виктор мечтает бороться с Раей чужими руками.

Серёга? Белозерцев, конечно, пофигист, но парень, кажется, не злой, хотя грубоватый и простой, как валенок. Как ни странно, девушка подумала, что именно к нему в случае чего можно обратиться за помощью. Вот только станет ли он вмешиваться?

Ленка позвонила маме, рассказала ей что-то бодрое, потом открыла компьютер и составила табличку с перечнем дел и сроками выполнения. А потом уже взялась за расписание, которое дал после завтрака тренер. Разговор с поварихой девушка решила отложить — сначала надо встретиться с доктором.

Она ещё раз пробежала глазами распорядок дня — всё ли в порядке. Вдруг послышался короткий стук в дверь, и в ту же секунду, не дожидаясь приглашения, вошёл Мелихов. Ленка резко повернулась на крутящемся стуле и уставилась на него с недоумением. А если б она была не одета? Дома она никогда не запиралась — у них в семье не принято было вламываться. А здесь, кажется, лучше не расслабляться.

Игорь расположился в кресле, широко расставив ноги, и ссутулился, уставившись куда-то вниз. Он так и не оделся. Ленка ещё в спортзале заметила обширную татуировку на его правой руке и едва удержалась, чтобы не поморщиться. Вот дурь… Абсолютная безвкусица. Сейчас девушка испытывала скорее недовольство, чем робость, но постаралась придать лицу выражение спокойного ожидания.

Наконец, Мелихов очнулся и посмотрел на Ленку, словно только что о ней вспомнил.

— Организационный момент, — начал он. — Послезавтра приём. В чем ты будешь?

— Больной вопрос, — сразу призналась девушка.

— Что, совсем ничего нет?

— Не знаю… Наверное, такого, что прилично в вашем кругу — нет. Есть нарядная блузка… Юбки я не ношу. А что должно быть? Вечернее платье?

Ленка проговорила это деловитым тоном, делая вид, что поправляет в таблице какие-то цифры.

— Тогда так, — Мелихов откашлялся. — Сегодня у тебя есть время, съездите с Серым, купите что-нибудь подходящее. Ну, только не яркое и не слишком вызывающее — ты не должна привлекать внимание.

— Вы… то есть,  ты можешь представить меня в чем-нибудь вызывающем? — усмехнулась Ленка.

— Ну… — стушевался Игорь. — Я просто предупредил. На вкус Белозерцева не полагайся. Лучше с продавцами посоветуйся, только в магазин поезжайте хороший, Серый знает. Возьми ещё деловой костюм — для переговоров. Ну и… в парикмахерскую сходи, что ли. Так уж слишком… Как сказать?

— Как синий чулок? — подсказала девушка.

— Ну… нет. Просто слишком скромно.

— Я поняла, — Ленка улыбнулась, хотя стало немного обидно. — Постараюсь. 

Она мысленно подсчитывала деньги в кошельке — придется заезжать домой. Как ещё мама отнесется к непредвиденным тратам?

— Вот-вот…— Игорь обрадовался, что девушка не надулась. — Деньги дам, на это не оглядывайся.

— Я не могу за чужой счет, —   забеспокоилась она.

— Это как бонус к зарплате. Знаешь — форма одежды, рабочим выдают.

Ленка только упрямо покачала головой.

— Слушай! — начал выходить из себя шеф. — Я тебя что — покупаю, что ли? Или в любовницы зову?

— В голову бы не пришло, — нахмурилась она.

— Ну и… — Игорь поморщился и почему-то уставился в окно. — Сама же себе не купишь. Короче, надо для дела.

Голос у него стал какой-то скучный — видно, и без неё проблем хватает.

— Хорошо, — согласилась девушка. — Вычтете у меня из зарплаты тогда.

— Посмотрим, — неопределённо сказал Мелихов.

— А чего смотреть?

— Хочешь совсем без зарплаты остаться?

— А что, бывают платья за две тысячи баксов? — засмеялась Ленка.

Названная сумма заработка всё ещё звучала для неё нереально.

— И подороже бывают, — спокойно ответил он. — Ладно, потом разберемся. Дешёвку не берите. Будут вопросы — звони, не стесняйся.

Она пожала плечами — фасон, что ли, с ним согласовывать? Но промолчала. Казалось, разговор окончен, однако Игорь остался на месте.

— У тебя есть какие-нибудь… пожелания, что ли? Тебе здесь удобно? — спросил он после небольшой паузы.

— Да, спасибо, всё нормально.

 Ленка начала испытывать непонятное беспокойство.  Ей хотелось, чтобы он поскорее ушёл. Или, наоборот, не хотелось?

— А… ты всегда в таком виде по дому ходишь? — вдруг ляпнула она.

— В каком? — поднял брови Мелихов.

— В полотенце, — весело ответила девушка.

— Тебя это смущает?

— Да нет. Но за стол так садиться…

— Вот как? Учишь меня этикету?

— Не-а, правилам приличия.

Мелихов, казалось, решал, поставить ли помощницу на место или отнестись к её реплике с юмором. И выбрал второе.

— О,кей, — изображая серьёзность, кивнул он, — больше не буду. Ты — мой администратор. Вот и командуй. Что мне ещё сделать? Побрызгаться туалетной водой?

— Не помешает, — поддержала его тон Ленка.

Повисла длинная, но отнюдь не тягостная пауза. Они смотрели друг на друга: он — испытующе, с прищуром, она — вызывающе-иронично, и никто не желал первым опустить взгляд. Казалось, Мелихову нравится эта игра характеров, да и Ленка почувствовала спортивное возбуждение. Поэтому оба вздрогнули, когда распахнулась дверь, и на пороге возникла женская фигура. Девушка сразу догадалась, кто это. Правда, в её сне Вика была блондинкой, а в жизни у той оказались гладкие тёмные волосы до самого пояса. Зато все остальное — рост, бюст, длинные ноги — вполне соответствовало Ленкиному представлению о любовнице Мелихова.

Не надо было долго раздумывать, чтобы понять, что подругами они не станут — девушка и раньше в этом не сомневалась. Но даже если бы она заочно прониклась к Вике симпатией — первый же взгляд развеял бы любые надежды.

— И что это? — голос у красавицы был мелодичным, но интонации не сулили ничего хорошего.

«Это» — явно относилось не к ситуации, а к самой Ленке. Она поднялась: умирать, так стоя. Игорь резко встал, схватил Вику за локоть и одним движением вытеснил её в коридор, закрыв за собой дверь. Там он заговорил приглушенным голосом, но Ленка, даже сквозь стену, слышала каждое слово. 

— Ты уже приехала? Пойдем в гостиную.

Тон Виктории тут же стал на октаву выше:

— А ты, конечно, так рано не ждал?!

— О чем ты?

— Кто это?!

— Я взял себе администратора.

— Зачем?

— Она мне нужна.

— Зачем? (ещё громче).

— Она юрист. Личный помощник.

— Так. Не поняла. Администратор, юрист или личный помощник?

— И то, и другое, и третье.

— Ну, ясно! И спальня рядом, — резюмировала Вика.

— Не неси чепухи… Ты что — её не видела? Она похожа на?.. — Мелихов, наоборот, старался говорить как можно тише.

Ленка поморщилась за дверью.

— Не успела разглядеть, ты не дал!

— Вик, пойдем в гостиную, поговорим. Что ты здесь встала, как приросла?

— А куда спешить? Давай познакомимся с администратором. Она уже здесь ночевала?

— Она совсем девочка, о чем ты?

— Девочка? Да она не младше меня!

— Я не про то…

— А про что тогда?

— Вик, угомонись, — Игорь совсем перешел на шёпот, не зная, очевидно, что благодаря шипящим слышно лучше. — Это становится ненормальным. Ты уже не делаешь различий — поклонница, помощница. Хочешь скандала, как с Сашкиной подругой? А это… Вон даже Серый…

Тут он почему-то осекся. Дверь снова распахнулась.

— Отлично! — Вика принялась рассматривать Ленку с головы до ног, не поясняя, что же всё-таки отлично.

Это длилось секунду, две, три… десять. Мелихов стоял рядом, мрачный, как туча. Он явно не знал, как избежать скандала. Девушка уже решала, как бы ей прекратить смотрины, когда Виктория принялась за допрос.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась она.

— Елена.

— Фамилия? Сколько тебе лет? Ты москвичка?

— Может, сразу паспорт показать? — не выдержала Ленка.

Ей казалось, что Игорь должен вмешаться, но он только растерянно молчал. И тут в дверях нарисовалась Света.

— Лен, там звонят! Велели, чтоб ты отвечала.

— А где трубка?

— В гостиной, где же ещё? — пожала плечами горничная.

Интересно, почему она не принесла радиотрубку сюда? Девушка медлила, решая, что хуже: сбежать, продемонстрировав свою походку, или отложить это сомнительное удовольствие — может, Вика соизволит уйти первой?

— Возьми телефон, Лена, — зло произнес Мелихов.

Всё верно — логичнее закончить представление наглядной концовкой. Ленка кивнула и пошла, протиснувшись мимо Виктории, прямо под её рукой. Девушка почти не хромала, хотя испытывала дикую боль. Была надежда дойти так, но… Ленка забыла про коварный порожек. Она, конечно, упала бы, если бы Игорь вовремя не подставил ей руку. И сразу стало тоскливо и скучно. Эти два красивых и здоровых человека ссорятся из-за неё? Бред. Перестав себя контролировать, девушка пошла, как могла, не сомневаясь, что оба смотрят ей вслед.

Радиотрубка в гостиной дребезжала мелодией из «Бригады». Ленка торопливо ответила и услышала английскую речь — господин требовал мистера Мелихова. Девушка поняла, что разговаривает с мексиканцем — представителем Будреса. В ответ она представилась помощницей Игоря и предложила передать информацию. Она так сосредоточилась, что даже забыла про Вику. Речь пошла о переговорах. Слава Богу, расписание тренировок было готово, так что сориентироваться по времени не составило труда. В итоге договорились на следующий вторник.

Мексиканец предлагал встретиться на нейтральной территории. Ленка подумала, что вряд ли Мелихов захочет принимать гостей у себя дома, и согласилась на свой страх и риск. Но она была не в курсе предмета договора, а собеседник что-то объяснял про изменения в контракте и требовал подписать дополнительное соглашение в эту же встречу. Девушка попросила прислать проект документа по электронной почте, продиктовала свой адрес и только тогда с облегчением положила трубку.

Напряжение спало, и Ленка поняла, что в комнате она уже не одна. Войдя в гостиную, Вика изящно прыгнула на диван и уселась на нем в раскованной позе. Её волосы прекрасно гармонировали с цветом обивки, красивые длинные ноги она подложила под себя — короткие обтягивающие шорты не скрывали загорелых бедер. На Ленку она больше не смотрела, а внимательно разглядывала свои ногти. Похоже, Виктория, хоть и поздно, но сообразила, что «администратор» не стоит её внимания и уж тем более ревности. Что думает Мелихов, Ленка знать не могла, но настроение у него, кажется, испортилось.

— Игорь, я разговаривала с мексиканцем. Назначила переговоры на вторник, на двенадцать часов, — девушка решила сделать вид, что ничего не произошло. — Он назвал ресторан — понятия не имею, где это. «Стена», что ли?

— Да, я знаю, — кивнул шеф. — Что ещё?

— Говорят, надо срочно подписывать окончательный вариант соглашения. Что ответа ждут в Федерации профессионального бокса, пресс-служба должна сделать официальное объявление. И ещё… упомянул «ОДжиЭн». Это одна из версий, по которой ты чемпион, да?

— Да.

— Ещё какой-то… комитет организации… комитет по чемпионским боям… Вроде им тоже надо что-то срочно сообщить. Ты им что-то обязан, или они тебя обязуют. Игорь, я так не могу! Мне надо понять суть.  Но сначала дай мне почитать контракт. Он уже подписан?

— Хочешь сама разобраться с контрактом? — поднял брови Игорь.

— Попробую… Конечно, если сомневаешься, пригласи дипломированного юриста.

— Не надо, — прищурился Мелихов. — Зачем платить дважды — один юрист у меня уже есть.

— Я не знаю этой сферы.

— А, — махнул рукой он, —  все равно будет по-ихнему, они меня в угол загнали. Ты почитай пока договор, посмотри соглашение, а после обсудим. Собственно, эти поправки мы сами у них и вырвали. На большее они не пойдут. Попроси у Серого — он знает, где бумаги.

— А соглашение тебе перевести? Или ты по-английски прочтешь?

— Лучше переведи.

Кажется, сейчас Игоря беспокоило что-то другое.

— Да, вы…э-э… познакомьтесь, всё-таки, — начал он. —  Лен,  это — Виктория, как ты поняла. Вик… Вика, блин!

Но та продолжала интересоваться своим маникюром.

— Короче, Вик, Лена у меня будет работать, — раздражённо утвердил Мелихов.

Ленку коробила эта сцена. Совершенно очевидно, что Вика общаться по-человечески не собирается, а попытки Игоря соблюсти приличия только делают ситуацию более тягостной.

— Мы уже познакомились, — вырвалось у Ленки.

Вика соизволила поднять голову и окинуть её таким недоумевающим взглядом, словно впервые заметила. Кажется, она выбрала тактику: «никакой помощницы в доме нет, я её просто не вижу». Ленку это вполне устраивало. Но почему-то не устраивало шефа. Он прошелся по комнате, заметно нервничая.

Девушка впервые видела его таким — до этого момента Игорь не позволял себе проявлять эмоции, только морщина на лбу или своеобразная мимика лица выдавали его состояние. Значит, Вика ему очень важна, раз так переживает. Ленке стало жаль Мелихова, но она не знала, как разрядить обстановку. Наконец, он остановился прямо перед помощницей.

— Лен, мы сейчас уедем, — сообщил он. — Деньги я Серому дал, вы тоже выдвигайтесь.

Ленка облегченно кивнула: Игорь оставил попытки навести мосты между девушками, и это было правильно.

— Мне надо ещё сделать звонки, — напомнила она.

— Прозвонишь всех завтра, успеем.

— Хорошо.

— Ну… тогда…  Викуль, подожди меня, я только переоденусь. Света принесёт тебе кофе, хочешь?

Лицо у красавицы осталось непроницаемым.

— Вик… хватит уже, а? —  Мелихов начал всерьёз заводиться.

Виктория вдруг грациозно соскользнула с дивана.

— О чём ты? — неожиданно легко улыбнулась она и нежно прикоснулась губами к щеке любимого. — Прости, ну, прости, котенок… действительно, глупость! Горничная про какую-то Лену сказала, ну, я и не сориентировалась. Самой смешно… Сори!

Перемена в её настроении была слишком демонстративной. «Котенок» поморщился, вытерпев ещё несколько длинных поцелуев, специально подаренных ему в присутствии помощницы, но нужных слов так и не нашёл. А Виктория отправилась к выходу.

— Я тебя в машине подожду, лапуля, — сообщила она, не оглядываясь.

То, что Ленку оставляли наедине с Мелиховым, лучше любых слов указывало на её статус. Игорь бросил на помощницу виноватый взгляд и ушёл к себе. А она, продолжая держать в руках трубку, медленно села и уставилась в стену. Ей было плохо, очень плохо. Но ведь не из-за поведения Вики — иного ждать не приходилось. Шеф? Он старался быть тактичным — его, как вежливого человека, даже заботили Ленкины чувства. Вот только…

«Ты что — её не видела? Она похожа на?..» — ещё звучала в голове его фраза. «На возможную любовницу?» — договорила про себя девушка. Нет, конечно, она и не пыталась понравиться шефу, однако самолюбие требовало оставить хотя бы такую возможность. «Игорь имел в виду другое, он хотел сказать, что я — не легкомысленная особа. Это был комплимент», — пыталась уговаривать себя она, но… Все было сказано открытым текстом, зачем же обманываться?

Логично, понятно, но почему-то очень обидно. А ведь пора бы уже привыкнуть, смириться, что мужчины всегда будут воспринимать её именно так. Какая разница, что подразумевал Мелихов! Ленке нет до него никакого дела. Или… есть? Но ведь ей никогда не нравились тупые мускулистые спортсмены. Только он, кажется, не тупой. Даже совсем не тупой…

Она открыла телефонную книжку и уставилась в неё, пытаясь сосредоточиться. Надо срочно одёрнуть себя, уговорить, привести в равновесие! Что произошло? Ей небезразлично, что думает о ней Игорь? Да просто она впервые так долго находится в обществе молодых мужчин. Главное, вовремя включить инстинкт самосохранения, понять опасность и остановиться. Такая — значит, такая. «Не похожа на…» — ну и прекрасно. И вообще, всем мила не будешь. Только… Кому она вообще мила?

Грустные раздумья прервало появление горничной. «А ты могла бы, кстати, сразу и не докладывать Вике, где шеф», — подумала Ленка.

— Ну, видала нашу королеву? — хитро улыбнулась та.

— Видала.

— Сцену устроила, да? Она же здесь никого моложе пятидесяти выносить не может. И ко мне ревновала раньше, смотри — и к тебе теперь даже…

— А Игорь всё терпит? — поинтересовалась Ленка, проглотив это «даже».

— Не всегда терпит. Просто связываться из-за тебя не стал. Пару раз Вика хлопала дверьми. Но быстренько возвращалась — она же не идиотка… Мелихову-то другую найти не проблема!

— Значит, не хочет другую, — рассудительно заметила девушка. — Такая, как Вика, всякому понравится.

Света фыркнула.

— Вот Виктор, к примеру, её ненавидит… Умному мужику — не внешность главное.

«Ну да, не внешность… Как же!» — подумала Ленка.

В гостиную вернулся шеф, подошел к высокому зеркалу у входа и встал спиной к девушке, поправляя ворот рубашки. Ленка невольно проследила за ним взглядом. Сейчас она одновременно видела и спину Мелихова, и его лицо в отражении. Костюм ему очень шел, и у Ленки почему-то сжалось сердце. «Интересно, куда они пойдут? В театр? В ресторан? На прием?»

Рука  Игоря замерла, и девушка неожиданно поймала в зеркале его взгляд. Она испуганно отвела глаза. Мелихов как будто замешкался. Он продолжал стоять, не оборачиваясь, и Ленка уже решала, как бы незаметно скрыться, когда обстановку разрядило появление Серого. Белозерцев тоже принарядился: бордовая летняя кофта была к лицу бывшему боксёру, делая его образ менее простецким.

— Ну, я готов, — заявил он. — Отойди, Гош, я хочу посмотреться.

— В бутике знакомые продавщицы? — усмехнулся Игорь.

— Нет, мы пообедаем в городе, да, Лен?

Она молчала — за чей счет будет банкет?

— Пообедайте, конечно, — ответил за неё шеф. — Ну, всё, до вечера.

Так и не оглянувшись на девушку, Мелихов вышел. На улице хлопнула дверца машины.

— Пошли? — позвал Белозерцев.

Ленке надо было переобуться. Она с ужасом представила, что предстоит снова влезать в злосчастные босоножки — другой приличной обуви у неё не нашлось. Не идти же прямо так, в летних тапочках? «Ты что — её не видела?» —  вспомнила девушка и кивнула решительно:

— Пошли.  


 

 Это были первые главы романа.  Приобрести электронную книгу можно на сайтах Амазон.ру (первая и вторая части), Литрес (первая и вторая части), Озон.ру (первая и вторая части).

Заказать бумажную книгу можно на сайте Озон.ру (первая и вторая части).